– Джейсон, можно тебя спросить? – обратился Норман к другу.

– М? – не отрываясь от экрана, буркнул Фрост.

– Какого хрена мы смотрим какой-то китайский мультфильм? Так, ещё и на китайском. Поставь «Кровавый спорт» или что-то другое. На английском. Ну или хотя бы на немецком. Зря что ли я его учил в колледже?

– Это аниме – японский мультик, – улыбаясь, ответил Джейсон, – В Японии аниме не считается детским развлечением.

– Япония? Япония – это хорошо. Японская татуировка очень красивая… Откуда у тебя эта кассета?

– Её мне прислал один знакомый из Японии.

– Знакомый прислал?

– Ага. По почте.

Джейсон вскочил с кресла, лег на прилавок животом, задрав ноги и принялся долго ковыряться в ящике. «Есть!», – крикнул Фрост, вернулся обратно на кресло и протянул несколько фотографий Норману.

– Как ты с ним вообще познакомился?

– В одном комиксе. На обороте многие оставляют сообщения, мол хотят познакомиться. Там был адрес и имя. Он изучает английский и был не против пообщаться… Я написал.

– Слушай, красиво там у них! – воскликнул Норман, рассматривая снимки, – Это он?

– Да. Зовут: Тэдэо Танака.

– Тэдэо, – повторил Норман, – Что рассказывает?

– Недавно в университет поступил, говорит. Всё нравится. Друзей завёл много. Познакомился с девчёнкой… Вот, фотографии прислал, кассету… Но это старые фото. Он сейчас уже курсе на втором, наверно.

– А ты ему отсылал что-то?

– Письмо. Пару фоток и кассеты…, – грустно подметил Джейсон, – Посмотри на эти фотки и посмотри в окно. Как после этого мне присылать это? Мне и рассказывать-то особо нечего…

Норман резко убежал в другую комнату на мгновение, а затем вернулся назад с каким-то темным предметом в руках.

– Так или иначе… – сказал Норман по возвращении и отдал черную коробочку Джейсона, – Я уже купил.

– Что это? – удивился Джейсон, рассматривая черный кубик.

– Не видишь? Полароид.

– Я вижу… Он же кучу денег стоит!

– Заткнись и бери… Это счастливый фотоаппарат. Я на него первые работы фотографировал. А сейчас он мне не нужен.

– Спасибо, Норм.

– Не за что, приятель. Если будет не нужен, отдашь кому-нибудь… При всём уважении к Тэдао или как там его, может, все-таки, посмотрим «Кровавый спорт»?

10

Джейсон и Норман проводили день дома, следя за дедушкой Фроста и Ронни Ламбрэ. Сейчас они как раз все собрались в комнате Джорджа. Норман рассматривал фотографии Джорджа, сидя на кровати, а Джейсон сидел в кресле неподалеку, в углу комнаты и изучал подаренный фотоаппарат. Ронни стоял рядом с Фростом и наблюдал за тем, как Джейсон вертел в руках прибор для съёмки.

– А вы ещё говорите по-немецки, Джордж? – спросил Норман между делом.

– Совсем немного говорил, когда был молодой. Но сейчас забыл… А твои рисунки что-нибудь значат?

– Мои? Нет. Они были сделаны только потому, что мне нужно было учиться самому делать татуировки. Татуировка – это не музыка или просто рисование… Если художник неправильно нарисует линию на бумаге, он может взять новый лист и приступить заново. Хоть тысячу раз. И никто не пострадает… А у татуировщика права на ошибку нет. И не каждый хочет быть холстом для обучения. Вот и приходится иногда жертвовать своей кожей.

– Хм, я много видел парней с наколками в армии… Но все рисунки у них были синими и бледными. И делали их, как правило, на память о своем взводе, товарищах или детях. Кто-то даже колол группу крови…

Джейсон выдвинул дно у фотоаппарата, поместил туда картриджи с основой для фото и защёлкнул дверцу. Аппарат зажужжал и из тонкого отверстия вылезла квадратный картонный лист, который закрывал картридж. Ронни тем временем не мог оторвать глаз от такого чуда техники. Он периодически осторожно то протягивал руки к аппарату, то убирал обратно ко рту, словно какая-то сила не даёт ему выхватить её.

– Группу крови?

– Ага?

– Зачем группу крови?

– Если тебя ранят, и ты потеряешь сознание, тебе могу перелить нужную кровь в соответствии с твоей группой.

– Интересно… Всё-таки, есть польза от тату, а? А вы моряков не встречали?

– С языка снял! Только что хотел сказать… Вот у моряков, у них чаще встречались цветные наколки. Красивые. Похожие немного на твои… Моряки частенько спускались в порты и набивали себе по пьянке наколки. Смешные они – суеверные. Много рисовали картинок на удачу. Даже традиции у них были, связанные с тату… Но знаю я про это немного. Я – пехота, а не моряк.