– Игнат, я не делаю ничего, что выходит за рамки спиритизма.

Я побыстрее закруглила разговор. Очень не хотелось портить настроение, обсуждая бытовые мелочи. Игнату меня не понять. Он верит, что все, кто провозглашает наличие у себя сверхъестественных способностей, шарлатаны и не способен понять, почему я могу обращаться к духам, но не к картам.

До гостиницы я добралась быстро, направилась мимо ресепшена прямиком в номер, но была остановлена окриком дежурной. Администратор за стойкой неприязненно оглядела меня с ног до головы, будто это я её тревожу, и вручила мне тонкую папку с застёжкой-липучкой.

– Для вас оставили, – проинформировала она, усаживаясь на место и вставляя в ухо наушник. Как оказалось, администратор увлечённо смотрела сериал, и из-за моего появления была вынуждена поставить его на паузу в самый ответственный момент: герой и героиня целовались на пляже в лучах закатного солнца, стоя по колено в воде, а в этот самый миг к берегу подплывала акула.

Я вошла в номер, плюхнулась на кровать, с любопытством открыла папку и обмерла. В ней находилось несколько распечатанных на принтере листов, этакая самодельная брошюрка с простым пугающим названием «На что в действительности способен медиум». Мне резко поплохело.

Нет сомнений, что я получила привет от общины. Вот же настырные. Впрочем, есть во всём этом и положительный момент. Раз они продолжают выписывать вокруг меня кренделя и заманивать, значит, не так они и могущественны, как пытаются показать.

Выданная мне брошюра обещала, что я смогу обрести над духами власть, какую я и представить не могла. Якобы я была способна призвать почти любого духа мертвеца, где бы он ни был, застрял на земле или пару тысяч лет назад ушёл за грань, заставить служить себе, создать идеального шпиона и бойца. Ещё страшнее – я якобы способна подселить дух в живое тело, сделать человека одержимым. Я отбросила бумагу точно ядовитую змею. Встала, прошлась по комнате. Я не хочу стать бешеным учёным-магом, не хочу экспериментировать, не хочу испытывать свои возможности, особенно когда мне перепал маленький кусочек счастья, место продавца в магазине. Я вот-вот обрету дом. К чёрту магию и прочую сверхъестественную пакость. Если господа маги от меня не отстанут, обращусь к тем же вампирам, пусть защищают, это в их интересах, или найду на магов иную управу. Разберусь, особенно теперь, когда мне есть за что бороться.

Утро я встречала радостной улыбкой. Проснулась невероятно рано, от того, что меня распирало от счастья. Сегодня я выхожу на нормальную работу! Пусть и продавцом-консультантом. Пусть и в магазин эзотерических товаров. Пусть! Могла и этого никогда не получить. Я улыбнулась шире, бодро спрыгнула с кровати и стала собираться. Горчинкой отдавало осознание, что работать медиумом по-прежнему придётся, но клиентов будет немного, излишнюю театральщину я со временем уберу, и ко мне будут обращаться только те, кому действительно необходимо поговорить с духами. В магазин я пришла даже раньше, чем следовало. Правда, Игнат был уже на месте, улыбнулся, поздоровался и попросил прикинуть, какой товар для магазина следует закупить. Я кивнула. На удивление бойко расходились карты Таро, следовало приобрести десяток колод. Трёхногих китайских жаб осталось всего две. Разобрали блокноты, обещающие исполнение записанных в них желаний.

– Марин, я вчера забыл тебе сказать. У тебя сегодня днём сеанс.

– Да?

– Клиентка. Что она конкретно хочет, она не сказала. Придёт сегодня после обеда.

Я кивнула. Кажется, первый рабочий день безвозвратно испорчен. Ещё одна охочая превратить духов в клоунов. А вот не будет ей шоу, не буду напяливать чёрный балахон и корчить страшные рожи, ограничусь уиджи.

Игнат принёс мне чашку чая лично. Я искренне поразилась такой заботе, но оказалось, была веская причина: Игнат собирался оставить магазин полностью на меня.

– А когда клиентка придёт? – не поняла я.

– Повесишь табличку, что в магазине технический перерыв, – пожал плечами он, – или обеденный.

Оставалось только подтвердить, что я всё поняла.

– Марина, ты справишься, нет здесь ничего страшного. Зато у меня теперь руки свободны! Не кисни!

Я послушно улыбнулась. Игнат просиял. То ли поверил в мою искренность, то ли удачно притворился, что верит. Дверь хлопнула, звякнул колокольчик, оповещая, что я осталась одна. Ладно. Обнимая ладонями чашку, я прошла на диванчик, села, вытянув ноги, прикрыла глаза. Итак, я всё-таки обзавелась работой, условно – жильём. Надо закрепиться и двигаться дальше. Хочется устроить личную жизнь, обрести настоящий дом, семью, друзей, близких. Вернуть то, что когда-то по глупости я отринула. Когда-то я верила, что духи мёртвых заменят мне живых. Поумнела, увы, слишком поздно, но ничего, я исправлюсь.

Из размышлений меня выдернули. В магазин вошла девочка, на вид лет шестнадцать, в огромных квадратных очках.

– Здравствуйте, поздоровалась она с запинкой.

– Здравствуйте, чем могу помочь? – я поднялась ей навстречу.

Девочка застенчиво замялась:

– Понимаете, мне предстоит выступать на конкурсе школьных исследовательских работ, представлять свою, – она совсем сникла, – а мне страшно оказаться перед ними всеми. Я подумала, может быть, здесь что-нибудь есть. Ну, для храбрости. Вы меня понимаете?

– Да-да. Проходите, – я указала на диван, с которого встала.

Девочка вызвала симпатию: затюканная, абсолютно неуверенная в себе. Будет здорово, если я смогу помочь ребёнку. Беда в том, что её проблема психологическая и помогать должен психолог, а не я. Что касается магии, то вариантов два, причём первый мерзкий и предполагает перекройку личности, а второй мил и ненадёжен, потому как даже самый мощный амулет уверенности в себе не гарантирует успех. Но помочь хотелось.

– Скажите, что именно нужно? Обрести уверенность в себе, понравиться слушателям, хорошо выступить?