Когда клиента пришла в себя, то вцепилась в меня клещом, убеждая дать ей поговорить с бабушкой ещё хоть раз. Я отказала.

– Вы полагаете, что она хочет платить за разговор вашей жизнью? Уверяю вас, что безопасно общаться с духами можно не чаще, чем делать рентгеновские снимки.

– Но вы….

– Я медиум.

Может быть, девушка и не согласилась с моими аргументами, но поняла, что не сможет меня переубедить. Так или иначе в сухом остатке она была благодарна мне за услугу и не подвергала сомнению, что говорила именно с бабушкой Фаиной. Она подошла к Игнату и полностью оплатила сеанс.

– Марина дала мне то, зачем я пришла. Я расплачусь сразу.

Игнат посмотрел на меня с подозрением, но возражать не стал. Он даже не стал ничего говорить, когда девушка ушла.

А я занялась тем, чем обещала: предлагала помощь забредшим в магазин. Кому-то продала очередную жабу с монеткой во рту, кому-то блокнот для записи желаний, даже объяснила, как их правильнее формулировать, чтоб наверняка сбылись. Всё это чушь, разумеется. Дамочка лет тридцати, желавшая с помощью магических штучек проверить, изменяет ли ей муж, оставила в магазине крупную сумму и, довольная собой ушла, унося пушистый пакет.

– Это неправильно, – вдруг сказал Игнат.

– Что именно?

– Мне не нравится врать этим людям.

– Ты не врёшь, Игнат. Ты продаёшь товар. Разве ты обещаешь, что купленный у тебя нитяной браслет притянет к хозяйке удачу? Нет. Ты просто продаёшь браслет, изготовитель которого утверждает, что браслет может сделать владельца удачливей. Хочешь объявить войну суевериям? По-моему, люди имеют право верить во что угодно, пока действия, вызванные их убеждениями, не вредят окружающим. К тому же для многих браслет сработает.

– Это как?

– Иногда врачи дают пациенту таблетку-пустышку, чтобы пациент верил, что выздоравливает. Хороший настрой помогает. Считай, что ты торгуешь психологическим средством уверенности в себе.

Игнат отмахнулся и отпустил меня сходить перекусить.

Приближалась время спиритического сеанса для первой группы. Я вернулась в магазин как раз вовремя, чтобы успеть поставить пару свечей для создания атмосферы и переодеться. Для подобного рода выступлений у меня был специальный костюм: я облачалась в чёрную водолазку, облегавшую меня как вторая кожа, и поверх неё натягивала мантию, которая в действительности являлась ничем иным, как просто куском необработанной материи, которой я разжилась магазине тканей. Помнится, мне скинули две трети цены за то, что я беру ткань с дефектом. Я дополнила образ чёрной кружевной повязкой на голову. Выглядело достаточно глупо, чтобы народ вдохновился.

К тому моменту, как пришли клиенты, я уже сидела за столом. Передо мной лежала уижда, в стороне стоял подсвечник с горящими свечами. Для полноты картины я ещё и благовония зажгла. Игнат, как мы и договорились, закрыл магазин пораньше, чтобы случайные посетители мне не помешали. Я предложила ему выбор: участвовать в сеансе или прикинуться предметом мебели у себя за прилавком. Игнат выбрал второй вариант.

Со мной за столом оказались женщины разных возрастов, всего пять, я шестая. Я тянула, ничего не говорила, нагнетая обстановку. Когда одна из них попыталась заговорить, я приложила палец к губам и издала протяжное:

– Шшш…

Женщины впечатлились. Выждав ещё секунд десять, я обратилась к ним, стараясь, чтобы в голосе было побольше трагизма.

– Мы собрались здесь, чтобы потревожить духов мёртвых. Я открою завесу, отделяющую наш мир от их мира, и приведу духов к нам. Мы будем говорить с ними, будем задавать вопросы, и они будут отвечать. Что бы ни происходило, не бойтесь, – иными словами, можно начинать дрожать от страха, – Готовы ли вы7

– Да, – ответили мне нестройным хором.

– Я, Марина, повелеваю завесе уйти с моего пути, – бред полный, нет никакой завесы, но клиентов обычно впечатляет, – Я обращаюсь к тебе, хранитель завесы, – персонаж, выдуманный мной пару лет назад, – Отопри и приведи мне духа умершего.

А вот теперь начинаю работать. Пока дамы переваривают услышанное, я закрываю глаза и мыслями обращаюсь к миру, где обитают духи. Девочка уже ждёт.

– Привет, милая. Будем играть?

Ребёнок быстро-быстро закивал.

– Сейчас мы окажемся в комнате, и ты поиграешь с женщинами, которые для этого собрались. Уговор один – ничего не разбивай и не ломай. Кстати, ты писать умеешь?

– Нет.

Я прикусила губу. Уиджа отменяется. Впрочем, медиум я или где, без неё справлюсь. Будучи медиумом, я могу работать как проявитель: рядом со мной невидимый обывателям дух может стать вполне заметным привидением.

– Ладно, малышка. Я буду изображать волшебницу, которая тебя привела к тётям, а ты с ними поиграешь. Договорились?

– Да!

Я утянула девочку в реальность. Небольшое усилие, я театрально откинулась на спинку дивана и взвыла:

– Приди.

Напротив меня, аккурат за плечом одной из женщин, появилось лёгкое сияние, которое мгновенно превратилось в полупрозрачную девочку с кривыми косичками.

– Привет! – громко сказала малышка, и женщина подпрыгнула, – Ты будешь со мной играть в ладушки.