Ее пальцы беззастенчиво гладили поднимающуюся ткань на моих джинсах, ощупывая, надавливая, лаская.

— Уже готов, — довольно констатировала она. — А я знала, что не устоишь… Поверь, не пожалеешь…

Ее тон изменился, став таким же развязным, каким она снимала парней на комиконе. Я даже не знал, радоваться или напрягаться от того, что теперь этот тон был и для меня. Хотя, по-честному, говорила она уже не со мной, а с моим членом, глядя только на него, словно весь остальной я был лишь его приложением. И вот ему все нравилось, и, в отличие от меня, его вообще ничего не смущало.

— Ну что, — Алгон медленно расстегнула молнию на моих джинсах, — давай посмотрим на тебя…

Но смотреть она не спешила, все так же лаская, водя пальцами уже по ткани плавок. Став намного ощутимее, ее прикосновения отдавались напряженными толчками ей навстречу. То и дело она подцепляла пояс, оттягивала его и сбрасывала вновь, играя, дразня, сводя с ума этой неторопливостью. Такими темпами, когда она уже перейдет к основному действию, все закончится очень быстро.

Алгон в очередной раз подцепила пояс и потянула его в сторону, впервые заглядывая внутрь плавок.

— Отличный член, — прокомментировала она. — И чего так долго от меня прятался?

Девчонки дружно потянули головы, словно пытаясь заглянуть туда же, куда смотрела она, но с такого расстояния это было невозможно. Однако через мгновение в этом уже не было необходимости: Алгон потянула плавки вниз, и член бодро выскочил ей навстречу, едва не коснувшись ее губ.

— Даже не думала с утра, — она улыбнулась, — что буду тебе сосать. Но мне нравится, как все получилось…

А уж как мне нравится. Ловко перехватив член у самого основания, она еще ближе подтянула его к губам. Казалось, я чувствовал нажим каждой подушечки ее пальцев, каждое ее движение отдавалось разрядами по всему телу — настолько она уже меня подготовила. Тишина библиотеки просто звенела от возбуждения, а потом раздался горячий выдох и следом сладкий чмок, когда Алгон коснулась губами головки, легко ее поцеловав — как целуют в щеку при первом знакомстве.

В отличие от Саши, которая сразу впивалась в меня, пытаясь вытянуть все, Алгон не торопилась, растягивая удовольствие. Она ласкала медленно, словно флиртуя, знакомясь поближе. Ее язычок неспешно прошелся по головке, поигрывая по ней кончиком — как сомелье, оценивая вино, как дегустатор, пробуя новый вкус.

— По-моему, — она лизнула член, как леденец, — тебе сегодня сосали, нет?..

Игриво глядя на меня снизу вверх, она снова провела языком, заставив его нервно подрагивать.

— Какой забавный факт… — ее губы громко причмокнули. — А Мила-то знает? Изменяешь ей?

Так и подмывало спросить: а ты чем сейчас занимаешься?

— Какой плохой мальчик… — постучав кончиком себе по губам, с иронией протянула она. — Ну так даже лучше… — хмыкнув, она впервые засунула в рот всю головку.

Иллюстрация: https://telegra.ph/file/6fe9dde46d851ddf522e6.jpg

Ощущения стали невообразимо сильными, будто это был не минет, а реальный секс — я реально чувствовал себя в ней. Моя ладонь машинально опустилась ей на затылок и легко надавила, давая вобрать еще больше. Однако рука Алгон моментально взлетела в воздух и, шлепнув меня по ладони, скинула ее.

Не ускоряясь и не останавливаясь, она продолжила посасывать в своем темпе, и мне оставалось только ей подчиниться. Хотя жаловаться было не на что: с каждым движением губ она сама пробиралась все глубже, все дальше проталкивая меня в себя. Ее губы словно проводили границу, делили член на две части: мою, оставшуюся снаружи, и ее, оказавшуюся внутри. И со своей, которая с каждым разом становилась все больше, она делала все, что хотела.

Ее язык по-хозяйски гулял по члену, поглаживая его со всех сторон, покрывая и смазывая теплой влагой. Тщательно и увлеченно она исследовала им свой рот, тыкаясь то в нёбо, то в упругую щеку, то пробираясь до самого горла. Американские горки ее ласк завозили на такие виражи, что мозг уже отключался, и я просто ехал туда, куда она меня вела. Внезапно, играючи подхватив зубами, она потянула член вперед, так что головку аж обожгло — легкой болью и одновременно безумной сладостью. От этого минета — уверенного, опытного, профессионального — внутри расцветал самый настоящий фейерверк, уже взрывая тело на кусочки, а ведь самые мощные заряды приберегают обычно напоследок. Я закрыл глаза, отдаваясь ей без остатка, томительно предвкушая, что же будет дальше.

В следующее мгновение ее губы соскользнули. Она легко поцеловала головку, как в самом начале, и отстранилась.

— Пожалуй, все…

В полной тишине громко скрипнул стул.

— В смысле все? — я непонимающе открыл глаза.

Алгон отодвинулась от меня и поднялась с места.

— Ты так долго думал, — губы, которые только что брали мой член, растянулись в усмешке, — что это все, что ты заслужил. В следующий раз решайся быстрее…

Сопровождаемая абсолютным недоумением — моим и девчонок, изумленных таким финалом не меньше меня, — она подошла к столу и подхватила свой рюкзак.

— А вы, девочки, — Алгон повернулась к ним, — можете закончить за меня. Очень вкусно, рекомендую…

Все в той же ошеломленной тишине она подошла к двери, провернула ключ и вышла. Хлопок разнесся по воздуху, мгновенно приведя меня в чувство. Только сейчас я осознал всю пикантность ситуации: я стою, один, посреди библиотеки, со спущенными штанами и стиснутыми плавками, в полной боевой готовности на виду у трех пар девичьих глаз. Мысль была только одна: я — придурок, и словно чтобы ее окончательно закрепить, на груди жарко полыхнул медальон.