И вдруг с беспощадной ясностью Сергей понял, что пути назад нет, что эта паучья подпись ставит точку на очень значимом отрезке жизни. Впереди был ее очередной этап и еще только предстояло узнать, какую роль сыграет в дальнейшем этот витиеватый росчерк Кожухова, разделивший судьбу Сергея на «до» и «после».

– Прощайте, господин генеральный директор! – жестко произнес он, складывая лист вдвое. – Я очень надеюсь, что мы больше не свидимся.

– Не кажи гоп, пока не перескочишь! – процедил тот и презрительно закончил. – Скатертью дорога, бывший командир второй эскадрильи.

На новом месте работы не случилось решительно ничего из того, что представлялось Сергею. Прошедший срочную службу, он думал, что, надев форму военного летчика, станет ходить на утренние и вечерние построения части, на дежурства по гарнизону, слоняться по городу начальником патрульной группы, заниматься с личным составом строевой подготовкой, проводить техническую учебу, дежурить по столовой, выполнять роль начальника караула и еще массу подобных обязанностей, свойственных военному быту… Но ничего этого не было и в помине – бушующая на Северном Кавказе война многое упразднила и диктовала теперь совершенно иные правила жизни офицерского состава Внутренних войск.

Пройдя медицинскую комиссию, для чего ему пришлось провести десять дней в окружном военном госпитале и отлетав положенные проверочные полеты с летчиком-инспектором, Сергей с нетерпением ждал назначения. Вскоре он был вызван на аудиенцию к командиру отдельного авиаформирования, полковнику Кубасову. Столь высокое звание было вполне объяснимо – в недалеком будущем три сводных эскадрильи предполагалось развернуть в полк, возглавить который должен был именно Кубасов. Знакомство Сергея с ним состоялось в кабинете полковника:

– Я только что из командировки, капитан, поэтому с вами еще не пересекался, – тучноватый Кубасов изучал придирчивым взглядом нового офицера. – В нашу «контору» каким ветром занесло?

– Ветром повальных сокращений в Аэрофлоте и полугодовой невыплатой зарплаты. Жить не на что, честно говоря.

– Понятно… – мрачновато изрек полковник, затем поинтересовался. – Характер новой службы как себе представляете, капитан?

– Думаю, что буду заниматься тем же, чем и занимался, – транспортными перевозками.

– Все верно, вам придется усиленно работать по замене личного состава федеральных сил на подразделения МВД и Внутренних войск, – подтвердил Кубасов. А Сергей не преминул поинтересоваться:

– А чем, собственно, вызвана эта замена? Ведь воевала же армия до этого и ничего, справлялась…

– Причин тут много, капитан, но я бы выделил две, основные, – стал объяснять Кубасов. – Первая: это мнение некоторой части высшего генералитета о том, что главная роль регулярной армии – противостояние внешней агрессии, а не ведение боевых действий против своего народа на территории собственного государства. И с этим сложно не согласиться – армия в локальном конфликте – что слон в посудной лавке! Ей нужны территории, размером с Сибирь, фронты по тысяче верст, операции стратегического характера. А силовые акции в отношении боевых террористических формирований обязаны проводить полицейские структуры – так заведено во всем цивилизованном мире. – Полковник придвинул к себе графин, налил в стакан воды, залпом выпил и снова заговорил:

–Причина вторая: вся зарубежная пресса пестрит возмущенными публикациями о России. Главная тема – война в Чечне и нарушение при этом прав человека. Мировая либеральная общественность буквально вопит о том, что вводить в действие по восстановлению конституционного порядка армию, это преступление! Больше всего надрываются американские деятели, чьё государство воюет, где хочет, с кем хочет и когда хочет! Но наше Правительство почему-то идет на поводу у этих, с позволения сказать, партнеров. Хотя вполне можно было отправить их по известному адресу… Вот такая на данный момент военно-политическая ситуация, капитан Романов.

– Понятно… – сосредоточенно пробормотал Сергей, а Кубасов продолжил:

– Но вернемся к нашим проблемам, работа для вас будет знакомая, но действовать придется в несколько непривычной обстановке, поэтому я обязан ввести вас в курс дела, так что слушайте и запоминайте, -полковник взял указку, подошел к висящей на стене карте, Сергей внимательно следил за ним.

–Военное положение на территории Чечни в данное время выглядит так: наземная операция находится в своей активной фазе, федеральные войска заняли треть территории к северу от реки Терек и освободили от боевиков населенные пункты: Гудермес, Ачхой-Мартан, Урус-Мартан, Аргун, Ханкала и Шали, – Кубасов поочередно прикоснулся кончиком указки к соответствующим точкам на карте. – Это позволило взять в окружение довольно крупную группировку противника и блокировать ее. Сейчас возникла оперативная пауза, войска готовятся к дальнейшим действиям по вытеснению боевиков с равнинной Чечни. Согласно разведданным, они концентрируют свои силы для прорыва из кольца, чтобы уйти в Аргунское ущелье и раствориться в горах. Наша задача состоит в том, чтобы блокировать эти действия, запереть боевиков в ущелье и покончить, наконец, с ними. И, казалось бы, все развивается как надо, но опять препона, уж и не знаю, какая по счету, черт бы ее побрал! – чертыхнулся Кубасов и раздраженно бросил указку на стол.

– И в чем она состоит? – поинтересовался Сергей.

– Да в этой самой замене войск! Ведь это время, повышенные затраты ресурсов и новые жертвы! Но деваться некуда, нам приказано перевезти огромное количество личного состава ВВ и прочих подразделений МВД, и мы уже приступили к этой работе. – Кубасов помолчал и снова заговорил, резко сменив тему. – Я краем уха слышал, что вы в Афганистане воевали, отметина оттуда? – он глазами указал на рассеченную бровь и шрам на лбу летчика.

– Нет, поближе место нашлось… – неохотно обронил тот.