Глава 02. Новое задание

Телефонный звонок раздался неожиданно. Волков, намучившийся весь вечер и часть ночи от зубной боли, проглотив сразу три таблетки обезболивающего, наконец, уснул, но как оказалось ненадолго. Не совсем соображая, на каком он свете находится Волков, машинально принял вызов:

– Да? – Хрипло произнес он, сморщившись от вновь занывшего зуба. – Хто это?

– Генерал в пальто! – Рявкнуло в трубку, так что у Волкова заложило в ухе.

– Трищь генрал-плковник? – С трудом, ворочая опухшей щекой, произнес Волков. – Какими ветрами к нам?

– Попутными, майор, – сбавив тон, проворчал генерал Герасимов. – Ты что там гнусавишь? Бухаешь что ли? Жена с дочкой уехали, а ты и рад?

– Почти… – прошептал Волков, у которого в больном зубе заступила ночная смена бурильщиков, и похоже, что на этот раз они взяли алмазное сверло, и решили превзойти подвиг Стаханова, дав на-гора многократную норму выработки. Боль, пронзившая Волкова прошлась по его затылку, отчего череп, словно пустотелый загудел, вибрируя в тон волновым приливам боли. Волков, безвольно качаясь на этих волнах, застонал, из глаз его брызнули слезы, он вспомнил себя маленьким, которого надо пожалеть, приласкать…

– Ты что там спишь что ли? – Проревело в трубке голосом резуса-ревуна вызывающего противника на бой.

– Никак нет, – почти нормальным тоном произнес Волков, машинально отмечая текущее время. На часах было полпервого-ночи. Больше всего Волкову сейчас хотелось сбросить вызов и заорать благим матом в полный голос. Эта выматывающая боль требовала именно этого.

– Да? – Недоверчиво заворчали в трубке каменные валуны голосом генерала. – Ну, тогда открывай свою чертову дверь. Ишь ты на засов он закрылся. Не иначе грабителей опасаешься?

– Что? – На Волкова снизошло короткое просветление, и осознание что целый генерал-полковник стоит у его двери. – Да… Иду…

Волков отодвинул засов задвижки, и входная дверь раскрылась сама собой, словно и не закрывал он ее на два замка.

– А как? – просипел он оттертый к стене, двумя под потолок молодцами, которые бесцеремонно как к себе домой вошли в квартиру Волкова, за ними же важно шествовал генерал. Гаврилов действительно был в гражданской одежде, но оттого не растерял всей своей ауры властности.

– Как два пальца. – По-пацански ухмыльнулся он. – Что скривился, майор? Не рад, что ли?

– Рат… – Закатив глаза, прошептал Волков. Ноги его вдруг стали ватными, он стал съезжать спиной по стенке.

– Это что такое? – Услышал Волков как сквозь туман удивленный рык генерала, а потом его подхватили сильные руки и куда-то потащили. Затем наступила полная темнота…

***

Очнулся Волков, словно одним рывком вынырнув из под воды и вместо ноющей боли за щекой почувствовал обычную, которая нередко бывает после боксерского поединка.

– Мы все товарищ генерал, – раздался в темноте чей-то молодой голос, – разрешите идти?

– Свободны! – Пальнули залпом пушки, и Волков подумал что, наверное, это генерал. Затем послышался топот множества ног, Волков еще подумал что, наверное, это он в санчасти лежит. Звуки шагов проследовали в прихожую, затем щелкнула запором дверь, и шум прекратился.

– Хватит Волков, просыпайся, – донесся из темноты голос генерала, – все уже закончилось…

Волков подумал было: «А почему темно»? и в этом момент прямо над его головой зажглась сверхновая. Именно так показалось Волкову, когда кто-то убрал с его лица, как оказалось сырое полотенце. Пришлось прикрыть глаза ладонью и только тогда когда они привыкли в свету немного приоткрыть их. Вместо санчасти как ему вначале показалось, Волков все так же находился в своей квартире, на своем диване, а рядом на полу почему-то лежали окровавленные бинты. Проследив его взгляд, генерал который вальяжно расположился на кресле возле письменного стола, проворчал:

– Удалили твой зуб, майор… пришлось медиков звать, дел то… и чего мучился…

– Я зубы лечить с детства боюсь… – прошептал Волков, потрогав языком ямку, оставшуюся от зуба.

– Ты? – Искренне удивился генерал.

– Я. – С облегчением выдохнул Волков. После того как сильная боль отступила, появилась слабость Волков подумал что наверное это ничего что он майор лежит а генерал-полковник сидит. Вроде как заболевший фельдмаршал Кутузов принимает своего адъютанта:

– А что вы здесь делаете, товарищ генерал? – Поинтересовался Волков, мысленно представив себе эту картину. И подумал, что Кутузов из него не получится. – Почему сами приехали…

– Да у нас тут вроде выездной сессии… – то ли в шутку, то ли всерьез ответил генерал.

– Ассамблеи ООН? – Решил поддержать шутку Волков.

Генерал по очереди посмотрел на молодцев, что молча, стояли в разных концах комнаты, подпирая стены. Их каменным лицам позавидовал бы сам Сфинкс.

– Скорее «особой тройки», майор… – покачал головой генерал. – Не хочешь, покается в грехах? – С улыбкой голливудского в исполнении Томми Ли Джонса Джокера на лице произнес он.

Волкова аж передернуло от такой ассоциации. Генерал изволил шутить, но его шутки иногда оказывались совсем не шутками. И судя по скрестившимся на Волкове взглядам молодцев, те такой функции не имели вообще. Волков серьезно подумал, что с генерала станется… Он и не такое способен, например многочисленные отставки и массовые переселения чиновников из своих комфортабельных многокомнатных квартир в неуютные бетонные казематы после его вынужденной двухдневной отставки. С тех пор прошло достаточно много времени, и генерал стал еще влиятельней. Чем он на самом деле занимается, Волков мог только догадываться. В стране, где на огромное ее территории находились индивидуумы, считающие, что никто им не указ иногда требовались не совсем формальные методы. Однако Волков эти свои догадки держал при себе, понимая, что у всего есть границы. Но видимо для генерала этих границ не существовало…