Смерч воспоминаний заметно истончился, поэтому я решил поспешить и просмотрел все узоры, которые знал Илья. Среди них было немало интересных, но они мне не особо подходили. Затем я изучил пару рецептов заинтересовавших меня настоек и таблеток, которые делали из Красного Мака. А в самом конце приступил к тёмному воспоминанию.

Я скривился. Красными Черепами управляла семья Красных. И они считали себя благородным и древнейшим родом, истоки которого уходят далеко в древность. А всякий уважающий себя клан подобного уровня должен превосходно знать правила этикета.

Илью обучали ему с самого детства. Как правильно кланяться, какие столовые приборы использовать, как вести себя с людьми, занимающими те или иные должности. Я получал новый опыт и не мог понять — да что за напасть такая? Умение ездить на муравьях, игра на губной гармонике, этикет… Неужели я и дальше буду получать только бесполезные навыки?

Я чувствую, после получения третьей звезды шанс того, что в вихре воспоминаний появится тёмный осколок, дающий особый навык, увеличился. Но если я буду каждый раз приобретать ненужные умения, это мне навредит, а не поможет…

— Ну что? — спросила Эми. Она сидела передо мной, её глаза сияли, а рыжие волосы развевались на ветру.

Я убрал прядь, упавшую ей на лоб, и Эми смутилась, отпрянула.

— Всё прошло успешно, — я улыбнулся. — Задание выполнено.

— Отлично, — она вскочила на ноги.

Я тоже поднялся и потянулся. Посмотрел на Камбалу, который до сих пор перебирал трофеи.

— Нашёл что-то интересное?

— Много денег, — отозвался штурман. — В основном кроны Скандинавии, монеты Каньона, рубли Империи Русов. Ещё несколько редких костей, парочку любопытных артефактов и красные цветки.

Я приблизился и наклонился над небольшой кучкой Алых Маков. Они заинтересовали меня сразу, как я о них узнал. Ещё при поглощении первого Черепа.

— Несколько книг с записями, — продолжал перечислять Камбала, — какие-то зелья и таблетки, одежда, посуда, еда, палатки. У красноволосого нашёлся металлический медальон.

— Дай-ка, — я взял массивный кругляш, на котором были выгравированы три вертикальные точки. С помощью этого медальона Илья проходил в тайные заведения, принадлежащие Окона.

Пыльцы у попавшегося нам отряда Черепов не было. Они как раз направлялись в город Тёмного, чтобы взять груз. Внимательно рассмотрев медальон, я не заметил в нём ничего необычного и убрал его в кошель. Снова перевёл взгляд на Маки. С их помощью Черепа делали особые усиливающие настойки и таблетки. Я не знал, как они подействуют на меня, но вряд ли Черепа стали бы принимать алхимию, которая им навредит.

Я взял один из цветков. Конкретно эти Маки нужны были Черепам, чтобы заплатить Кровавым Обезьянам за проход через их Лес.

— Ну и зачем Черепа полезли в Каньон? — ко мне подошла Лулу. Она выглядела довольной. На её уровне не каждый день получается сразиться насмерть с Огранённым своей Грани. Бесценный опыт.

— Ты что-то слышала о Пыльце?

Лулу покачала головой.

— Еда пчёл, — лениво отозвался Боря. Сразу после сражения он разлёгся и шевелиться не собирался. Отдыхал. — Пыльца в цветках. Это даже дети знают, Хру-лу.

— Вряд ли Арчи имел в виду эту пыльцу, — со скепсисом заметила Эми.

— Он спросил о пыльце.

— Так, стоп, — я прервал начинающийся спор. — Я о другой пыльце. Об опасном наркотике…

Я коротко пересказал ребятам то, что увидел в воспоминаниях. Их хорошее настроение улетучилось. Особенно встревожилась Лулу.

— Смахивает на глобальный план против человечества. Представь, если Окона — одно из многих мест распространения Пыльцы.

— Да, выглядит как-то погано, — я прокрутил в руках люцифон. Написать отцу или нет? Эми вопросительно смотрела на меня, сжимая в ладонях зайфон.

— Сперва доложим Панцирю, — решил я. — И спросим, можно ли распространяться об этой информации.

Эми согласно кивнула.

— Из-за действий Нипонских Островов война Скандинавии и Империи Русов прекратилась, — задумчиво сказал я. — Войска уже возвращаются обратно. И распространять Пыльцу в городах станет в разы сложнее.

После того как отряд игрушек стремительно уничтожил почти все отряды, посланные англами в поддержку Скандинавии, все страны, наконец-то, поняли, что Нипонские Острова не шутили, когда требовали прекратить боевые действия.