Я подошла к Грейту и, поздоровавшись, присела напротив. Минута молчания, во время которой мы изучали друг друга. Я внимательно посмотрела на Грейта, сидевшего передо мной. Нас разделяли стол, разница в возрасте и социальном положении, а объединяло взаимное раздражение.

Вот бывает любовь с первого взгляда. А между мной и Грейтом случилась тоже взаимная. Только неприязнь.

Тип, сидевший напротив, годился мне в отцы. Седая голова, морщины и взгляд человека, которого окружают одни идиоты.

Правда, что-то мне показалось в чертах Грейта странным. Я даже попробовал проверить, не иллюзия ли… Но мне не дали, сбив концентрацию, задав вопрос. Причем голос у будущего супруга оказался таким же неприятным, как и он сам.

– Не привык лицемерить, поэтому не могу сказать, что рад знакомству… – начал Ульрих.

– Не переживайте, это взаимно, – не удержавшись от шпильки, перебила я.

И тут же почувствовала себя адепткой, позволивший себе нечаянный выкрик с места на лекции профессора. И лишь позже я узнала, как оказалась близка к истине.

Ульрих фон Грейт был артефактором по призванию и аристократом в демон знает каком поколении по рождению. А еще он умудрялся совмещать в себе сразу шесть великих званий: мизантропа, мецената, гения магомеханики, чародея с седьмым кругом силы, гада и сволочи. О последнем не понаслышке знали студиозусы Грейта. Ибо со своих адептов профессор спускал по нескольку шкур за семестр.

– Рад, что у нас есть хоть что-то общее. Значит, есть шанс договориться. – И, резко меняя тему, артефактор спросил: – Скажите, мисс, у вас на теле нет живого рисунка золотисто-черного цвета? Не бывает ли вам плохо, когда вы путешествуете? Или уезжаете из столицы? И на протяжении последних семи поколений браки в вашей семье хоть раз заключались в храме?

Конец ознакомительного фрагмента.