В этом бизнесе были свои правила – точно так же, как в любом другом. Невозможно было торговать и не быть связанным с бандами. «Все были связаны со всеми, – рассказывал рэпер J-Dee, который торговал в том же Комптоне, но чуть дальше, на Пуансеттиа-авеню. – Чтобы созваниваться, таскали такие, помните, огромные телефоны, которые весили, как кирпич. Ты суешь телефон в задний карман джинсов, а он такой тяжеленный, что джинсы начинают медленно сползать с задницы».

Товар дилеры хранили в специальном тайнике. Присматривали за ним специально нанятые наркоманы. Платили им непосредственно товаром – в среднем грамм крэка в день. «Мы их называли хранителями очага, – вспоминает J-Dee. Никаких мук совести по поводу того, чем занимался, он не испытывает: – С какой стати? Никто же не заставлял этих ребят у нас покупать».

Известен J-Dee стал как участник Da Lench Mob, – группы Айс Кьюба [7] . А так вообще-то был просто уличным барыгой. Продажа была непосредственно из рук в руки, а все, что заработал, прятал под стельку кроссовки («Кто станет там искать?»). Он с удовольствием вспоминает, как заработал однажды тысячу баксов: «Я умудрился донести до дома всю сумму и, несмотря ни на что, остался жив».

Эрик работал совсем иначе. Дел с кем попало он не имел. Продавал партиями и только клиентам, с которыми был знаком. Вы отправляли ему на пейджер свой номер телефона. И если номер казался Эрику знакомым, то он перезванивал с рабочего телефона. Каждый покупатель должен был знать коды. Например, чтобы купить самую мелкую партию, на пейджер нужно было отправить цифру «8». Смысл в том, что такой пакет содержал как раз одну восьмую часть унции. Правда, чтобы получить половину унции, отправить нужно было уже цифру «12», и вряд ли кто-нибудь сможет объяснить вам почему.

Если что-то шло не так, больше дел с этим человеком Эрик не имел. Одна ошибка, и все. Любая поблажка могла обрушить всю отлаженную систему. Парни, которые торговали в Комптоне, дурака не валяли. Эрик прекрасно помнил, что случилось с Хорасом Батлером.

Хорас Батлер был старшим кузеном Эрика. Выглядел он так, что на нечеткой фотке можно было спутать с Buffy из The Fat Boys [8] . В школе за лишний вес его постоянно дразнили. «Ну, и ему просто пришлось стать суровым, – рассказывает его друг Марк Рукер. – Если ты толкнул его или, там, поставил подножку, то в ответ он не улыбался, а лупил тебя со всей дури».

Жил Хорас неподалеку, на Пуансеттиа, и был для Эрика чем-то вроде наставника. Он был жестким и несговорчивым, но на тех, кого Хорас считал «своими», это не распространялось. Эрику он помогал с самого начала. Еще подростком тот бегал по его поручениям: Батлер обо всем договаривался, а Эрик отвозил товар.

Из старшей школы Эрик к тому времени ушел, но о наркотиках не знал почти ничего. Куда больше его интересовали ворованные тачки. Ну и вообще кражи со взломом. Таскал он с приятелями в основном цветные телевизоры и видеомагнитофоны. «Один такой украденный телек даже пытался подарить маме», – смеясь, вспоминает Бигг-Эй. Но в торговле дурью Эрик не разбирался совершенно. Так что здорово удивился, когда весной 1984-го Батлер пригласил его прокатиться.

Тачка у кузена была что надо: яркий GMC– пикап с кучей хромированных деталей и внедорожными шинами. На самом деле хозяином числился не сам Батлер, а другой парень, только к тому времени он уже сел в тюрьму. Некоторое время бесхозная тачка просто пылилась на перекрестке. Красть ее никто не пожелал: салон был битком набит пакетиками с травой – тормознут за превышение скорости, и сразу отправишься за решетку по обвинению в хранении в особо крупных. Но Батлеру было на это плевать. Вместе с Эриком они некоторое время петляли по городу, а потом, убедившись, что лишних глаз нет, Хорас тормознул у брошенного здания. Из-под стены вытащил пакет из продуктового магазина. Внутри лежала куча наличности. Толстые пачки долларов, туго перетянутых резинками. «Пригляди за ними ради меня», – сказал Батлер. К чему этот разговор, Эрик не понял, но, разумеется, согласился.

В те дни Батлер вообще вел себя странно. Рукер рассказывает, что на той же неделе совсем рядом с их точкой на Гленсой-стрит у себя в гараже повесился их общий приятель Эмиль Мозес. Пока полиция и парамедики осматривали тело, толпа молча наблюдала. Батлер с Рукером тоже смотрели, а когда труп унесли, просто вернулись к делам.

– Ты как вообще? В порядке? – спросил напоследок Рукер.

– Не, – ответил Батлер, щурясь по сторонам. – Не в порядке.

– Не в порядке?

– Ложусь на дно. Хочу взять перерыв.

– С чего это?

– Дела сейчас принимают не тот оборот.

Они должны были встретиться на похоронах Эмиля. Рукеру предстояло нести гроб, и ради этого он даже взял напрокат костюм. Но Батлер не пришел.

Несколько дней спустя Хорас ехал по шоссе № 10 в сторону центра Лос-Анджелеса. Дело было ночью, рядом с ним в салоне сидел пассажир. Когда машина остановилась на светофоре, пассажир семь раз выстрелил в водителя, а затем выпрыгнул из машины.

Батлер умер мгновенно. Пикап начал медленно сдавать назад и остановился, лишь когда уперся в столб. Кем был пассажир? Почему он решил убить Хораса? Из-за денег? Из-за машины? Из-за наркотиков? Всего через несколько дней после похорон Мозеса по улицам Комптона прошагала следующая похоронная процессия. И по Эрику смерть Батлера ударила сильно.

«Мы проводили вместе почти все время, – рассказывает он. – Только той ночью мне пришлось уехать, чтобы помочь матери. Лишь поэтому я с ним и не был. А так, скорее всего, лежал бы мертвый рядом».

Дальше все завертелось быстро. Эрик еще раз сходил к тайнику кузена. Деньги были на месте, а еще в тайнике лежал кокаин. Весь запас, аккуратно завернутый в целлофан. Это было эльдорадо. Кокаина тут было на десятки тысяч. Оставалось только сообразить, что со всем этим делать.

И он засучил рукава. Когда Рукер в следующий раз заскочил к Эрику, то обнаружил его сидящим перед плитой и пытающимся приготовить крэк.