– Хитка тама, – проскрипело позади.

В разросшемся шиповнике кто-то стоял, слегка подрагивали ветки.

– Хитка?.. – выдохнула Анна тихонечко.

Куст раздвинулся, выпуская крупного растрёпанного кота. Неповоротливый, толстый, проковылял он к Анне на задних лапах. Зевнул протяжно, присел рядом на траву. На широкой морде редкими клочками встопорщилась жёсткая борода.

– Цигарочку б щас…

– З-зачем? – только и смогла спросить оторопевшая Анна.

– Нутро просит, – натужно проговорил кот.

– Нет у меня никакой цигарочки, – поспешила ответить Анна.

– Тетёха ты, – кот вздохнул и завозился, принялся что-то искать среди спутанной шерсти. Выбирая колючки да травинки, мурчал досадливо, и извлёк, наконец, замурзанный мешочек, протянул Анне

– Развяжи!

Та помогла, подцепила ногтем узелок.

– Табачок! – сипло сообщил кот, ловко занюхал щепоть и заперхал. – Забористый дюже!

– Кто это – хитка ? – решилась спросить Анна.

– Пакость, – сплюнул кот в сторону дома.

Когда же Анна обернулась, успокоил:

– Не боись, не выйдет она. В дому будет, пока время не окончится.

– Зачем? Что ей нужно?

Кот сгорбился, шумно почесал в броде, посоветовал:

– Шла бы ты отседова…

– А баба Оня? Она здесь?

Кот не ответил. Потянулся, лениво поковылял к кустам.

Позади зазвенело, задребезжало стекло. Хитка налегла на него, словно хотела открыть.

– Беги, дурёха! – рявкнуло из шиповника, и Анна сорвалась с места, побежала со двора.

В свете луны, зеленоватом и зыбком, всё вокруг трепетало.

Множились странные шорохи, звучали далёкие голоса.

Кинулась откуда-то наперерез Анне чёрная кошка. Прежде чем укрыться в траве, ожгла недовольным взглядом, зашипела.

Призрачные белёсые фигуры появились впереди, зависли над землёй, будто поджидали.

Чтобы не встречаться с ними, свернула Анна в проулок, чуть не сбила с ног деда Семёна.

Тот вскрикнул тоненько, проблеял:

– Никак Анька? Напужала до колик!

– Там призраки!..

– Воздуховицы-то? – отмахнулся дед. – Безвредные они, завсегда перед Троицей показываются. А я вот брательнику гостинцы возил, – помявшись, показал на пустую тачку.

Анна хотела спросить – что ж ночью, да вспомнила, что брат дедов давно на той стороне, со святочницей семействует.

– Ты чего по деревне шастаешь?

– Я к бабе Оне ходила. Никто не говорит, что с ней. Вот и решила узнать. А там в окне лицо! Хитка какая-то.

– Дурная ты девка, – вздохнул дед. – Всегда норовишь куда не след просочиться! Уж не серчай на старика за правду.

– Вы как кот…

– Который? – подивился дед.

– Во дворе, на задних лапах прогуливался.

– Курево клянчил?

Анна кивнула:

– У него и махорка с собой была.

Дед хихикнул:

– Дворовый то. Зимой они спят, а таперича хозяйствуют. Ты его не обижай, он мирный.

– Он мне про хитку сказал, только не стал объяснять. Она такая неприятная, будто неживая! Как из ужастика.

– Из него и есть. Ты не смотрела в глаза ей? Не стучала в окошко?

– Н-нет.

– Пойдём до меня, Анька. Бабка ужин справила, поджидает. Там и поговорим.

…

– Ты пошто так долго шлялся, хрен старый! – накинулась на деда хозяйка. Завидев же Анну, примолкла, удивилась. – Анна?! Откуда взялась?

– По деревне бродила. К Оне попасть хотела.

– Как же это… – враз запричитала бабка. – Нельзя сейчас к ней. Неуж не сказал никто?

– Как же. Говорили. Только она всё одно по-своему сделает. Недаром Оня к ней прикипела.

Ужинать Анна не стала. Когда расселись у стола, попросила только попить.

Хозяйка налила ей густо-розового ароматного морса:

– Это из жимолости. Пользительный очень!

И под смачное дедово чавканье, завела рассказ:

– Не уполномочена я чужую историю сказывать, да ты ж настырная, опять куда влезешь по незнанию. Внучка Онина очень на тебя походила – шустра была, вечно шмыгала везде, никого особо не слушала.

– Почему её лес забрал?

– Может и лес… Она с подружками на русальную неделю туда отправилась. В самое опасное время. Отбилась ото всех да заблукала, на древяниц вышла, в хоровод к ним попала.