Шрифт:
Крик о помощи застрял в пережатом горле. Получилось лишь захрипеть. Тщетно пытаясь ухватить хоть немного воздуха, Ирен потянулась к кинжалу на поясе.
Вдруг темнодуша дернулась на шорох. Из пасти вырвался рычащий скрежет. Темно-бурая фигура рассеялась черной дымкой, и Ирен рухнула на землю, силясь отдышаться.
В голове так и осталась странная муть. Перед глазами поплыло.
Прежде, чем потерять сознание, Ирен успела увидеть только одно. Всадник в черном плаще с капюшоном, спешившись, направился прямиком к ней.
Глава 3
Генри опустил Ирен на кровать. Лента с волос потерялась по дороге, пока он гнал коня до замка, и теперь каштановые кудряшки рассыпались по подушке. Бьющие в окно рассветные лучи подчеркнули, как побледнела кожа. Под опущенными ресницами залегли тени, словно Ирен заснула после пары суток недосыпа.
Генри взял ее руку в свои, садясь рядом на кровать. Он прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Все-таки для темной магии целительство — непростая задача, а эта тварь дернула у Ирен сами жизненные силы. Генри поднял ее безвольно расслабленную ладонь, прислоняясь лбом к кончикам прохладных пальцев. Губы зашевелились в почти неслышном шепоте.
На минуту слабеющий пульс Ирен показался собственным. Все медленнее и медленнее, будто сердце устало стучать.
— Давай же, — тихо рыкнул Генри.
Усилием воли он втолкнул в ее тело немного своей магии. Пульс споткнулся, сбился с ритма, а потом зашелся быстрее. Ирен напряглась, как от боли. Показалось, что веки вот-вот вздрогнут и приподнимутся. А потом бессилие снова взяло свое. Разве что дыхание стало ровным и глубоким, как в спокойном здоровом сне.
Поняв, что основная опасность миновала, Генри мягко убрал локон с лица Ирен. Кончики пальцев скользнули по нежной коже, спускаясь от виска к скуле.
— Дурацкая привычка тебя спасать, — по губам скользнула усмешка.
Вспомнилось, как много лет назад Генри, тогда еще совсем ребенок, наткнулся на заблудившуюся девчушку в светлом платьице. Знающий лес, как свои пять пальцев, он без проблем вывел к людям. А по дороге выяснилось, что живут в соседних деревнях. Так и подружились. Просто, по-детски, с беготней, играми и наивными обещаниями никогда-никогда не ругаться.
«Когда вырастем, пойдешь за меня?» — словно эхом, послышался собственный детский голос.
А перед глазами пронеслось, как с улыбкой закивала тогда Ирен.
Вспомнив, чем закончилась тогда та дружба, Генри резко одернул руку. Лицо помрачнело, а губы недовольно поджались.
«И зачем я притащил ее сюда?» — зло подумал он.
Дверь за спиной приоткрылась, и послышался стук костяшками о косяк. Генри рывком обернулся. На пороге оказался Эдгар — наверно, единственный друг среди всего светского лицемерия.
— Эй, ты меня сейчас похуже солнца взглядом испепелишь, — вампир с улыбкой вскинул ладони, продемонстрировав аккуратные острые клыки. — Прости, что отвлекаю, но у нас там… кхм, гости.
Никто в замке не смел общаться с Генри так фамильярно, но с этим щеголеватым кровопийцей ему приходилось пережить столько, что и злиться не получалось.
Эдгар по привычке отступил обратно в коридор, подальше от солнечных пятен на полу. Бледные пальцы стряхнули несуществующую пылинку с темно-вишневого, в цвет глаз, сюртука.
— Было бы, от чего отвлекать, — фыркнул Генри, подходя ближе. — Просто дуреха из восстания, даже руки марать не хочется. Наверняка увязалась туда за каким-нибудь ухажером.
Он оглянулся на Ирен, после чего закрыл дверь. Сорвавшаяся с пальцев нитка темной магии змейкой скользнула в замочную скважину, надежно запирая заклятьем.
Закончив, Генри посмотрел на Эдгара. Тот немного неловко поправил темно-медные волосы, собранные в низкий хвост. Уголки губ немного дрогнули, будто задавив улыбку.
— Что? — Генри нахмурился.
Они вместе пошли по коридору к лестнице.
— Там наша стража схватила повстанца. Пытался пробраться в замок, чтобы спасти свою предводительницу. И чует мое небьющееся сердце, — Эдгар приложил ладонь к груди, — что это и есть твоя «дуреха».
От последних слов дыхание перехватило, как от удара в живот. Перед глазами пронеслось, как просто выгнал тогда Ирен. Верх идиотизма: решить, что можно пощадить одну пешку, а в итоге, отпустить главного врага.
Генри замешкался на пару секунд, а потом едва не сорвался на бег. Когда он ворвался в подземелье, охрана подалась назад от его злого вида. Первым пришел в себя стражник постарше, кивнув в сторону решетки.
— Что прикажете с ним делать?
— Сам разберусь, — рыкнул Генри.