Освежающий утренний ветер колыхал её волосы, пока волшебница шла по медленно просыпающимся улочкам, глядя на витрины.

Поглядывая на редких людей вокруг, Хва Енг не могла не удивляться тому, как в этом жестоком мире местные жители выложили свой рай за барьером, и отдавали все силы на его защиту.

Не было смерти почётнее, чем смерти на войне.

Сражаться в бою, отдать жизнь за людей. В их сознании это было также естественно, как любить родителей или следовать зову сердца.

Оберегать барьер и противостоять демонам являлось долгом каждого, а не только сильных мира сего.

В этом мире множество девушек с ранних лет учились сражаться, становясь воинами. Почти в каждой семье было нормально уметь держать меч, искусство фехтования уже давно не являлось привилегий лишь дворян.

Старики не доживали последние годы в постели. Чаще они желали умереть в бою, нежели стать обузой для своих родных.

Люди рано взрослели и рано умирали.

Как не посмотри, а не слишком жизнерадостное положение, но тем не менее такие люди могли радоваться каждому простому дню. Это и удивляло Хва Енг.

— Не желаете выпечки? — спросила старушка, стоя за прилавком. Несмотря на то, что сейчас было ещё раннее утро, она знала, что к ней обязательно наведается один клиент.

— За ней и пришла, — с улыбкой ответила Хва Енг. Уже давно покупать здесь с утра выпечку стало её особенной традицией. С самого первого дня в этом городе её встретила тёплая улыбка этой старой женщины.

— Хо-хо, молодая леди, как всегда ранняя пташка. Не все простолюдины встают так рано, как вы, что уж говорить про аристократов.

— Я так привыкла… Тем более, я лишь простая девушка, что любит порадовать себя чем-нибудь мучным. Чего тут удивительного.

— Охо! Девушка, съедающая столько мучного, и при этом сохраняющая такую прекрасную фигурку, может быть кем угодно, но только не простой! Милочка, будь ты той, какой себя считаешь, давно бы стала такой, как я! — сказала старушка, улыбаясь во все тридцать два зуба и хлопая по своему полному животу.

Увидев эту улыбку, на душе Хва Енг стало легче, пока последствия недавнего сна исчезали без следа.

— Вот как? Возможно, вы и правы, я никогда о таком не думала…

— Только с возрастом начинаешь понимать, какой особенной была в молодости! Выдела бы ты, милочка, меня! Местные дворянские сыночки в очередь выстраивались, лишь бы на меня посмотреть! — подшутила старушка, изображая из себя знатную даму.

Глядя на её кривлянья, волшебница прикрыла рот рукой, сдерживая подступающий смех.

— Повеселела? Так и надо, а то ходишь нынче мрачнее тучи. Молодость она одна, так что используй её по полной!

— Обязательно, спасибо вам! — прокричала она на прощанье. В такие короткие моменты она была живее всего. Наверное, даже Эмма не видела такой радостной улыбки своей подруги.

Слова старушки разогнали некоторые её мрачные мысли. Разум Хва Енг стал чище, когда она сказала:

— Именно ради таких людей я и продолжаю бороться.

Сердце девушки наполнилось новым рвением, позволяя ногам ещё быстрее нести её к месту назначения.

Не прошло много времени, прежде чем волшебница оказалась перед огромной башней.

«Братство Свободы»

Перед входом в башню висела вывеска с двумя украшенными узорами крыльев словами.

Так рано утром в главном отделении одной из четырёх основных гильдий было не так уж много народу. За исключением охраны и рядовых служащий, насчитывалось не больше пяти людей, что также прибили в такую рань.

Предъявив значок поднявшись по лестнице, девушка вошла в большой зал пятом этаже. Всё огромное помещение пропахло запахом бумаги. Здесь можно было увидеть множество длинных стеллажей с бесчисленными книгами на них.

— Хр-хр-хр…

Тишину обители знаний нарушал лишь чей-то протяжный храп.

— Кхм, кхм… — прокашлялась Хва Енг и постучала пальцами по стойке.

— А? Бр, что?! А… Опять ты?.. Уаааа… Девушка, ты никогда не даёшь мне поспать…

Сидящий за стойкой и окружённый книгами низенький библиотекарь зазывающе зевал, словно вот-вот снова уснёт. Он протёр глаза, как обычно взял жетон Хва Енг и сделал у себя пометку.

— Пра… Уааа… вила… знаешь… Дальше, сама…

Впустив девушку внутрь, за стойкой вновь послышался храп. Хва Енг на это никак не отреагировала, а просто вошла в зал.