У самой кромки леса она остановилась, переводя дыхание, и оглянулась на замок, возвышавшийся над холмом. Айна подумала, что едва ли ощутит хоть каплю грусти в тот день, когда навсегда покинет родные края.

В лесу она первым делом пошла к своей любимой дикой яблоне у ручья. Это было старое, узловатое и очень крепкое дерево. Яблоки на нем рождались не самые вкусные, зато оно отлично подходило для отдыха. Айна добралась до самой удобной и широкой развилки и уселась там, точно в гнезде. Нагретая солнцем ветка удобно подпирала спину, и Айне казалось, будто огромная шершавая ладонь бережно поднимает ее к солнцу.

Это было хорошее место. Одно из самых лучших, что она знала.

Когда-то, много лет назад, дерево показал ей Риндон, хозяйский сын. Ох, как же давно были эти времена... Тогда Рин еще играл с замковыми детьми и тайком проводил их туда, где им быть не положено. Айна хорошо запомнила высокие своды главной залы и гулкие коридоры верхних этажей, куда после ни разу не попадала. И дерево это запомнила навсегда. Ночью наощупь нашла бы.

Рин уехал, когда Айне было десять. А ему самому исполнилось четырнадцать. Уехал вместе со старшей сестрой в Золотую Гавань, чтобы там искать счастья при дворе короля.

Айна ему этого так и не простила.

Она просидела в ветвях яблони довольно долго. Успела съесть хлем, рассмотреть узоры на листьях, пересчитать завязи будущих яблок, уронить в траву ленту для волос... Спускаться за ней не хотелось – хотелось слиться с деревом и слушать, как бежит зеленый сок по невидимым жилам под темной корой.

Но в конце концов Айна все же соскользнула вниз, подобрала ленту и пошла к ручью, чтобы утолить жажду. А после еще немного посидела на берегу, слушая, как журчит вода. Находиться в лесу было гораздо приятней, чем на скотном дворе. Вместо привычной вонищи со всех сторон ее обволакивали запахи трав, нагретых солнцем, и Айна невольно ощущала саму себя частью леса, частью всего живого мира.

В стенах замка это чувство покидало ее очень быстро.

По солнцу Айна видела, что уже пора возвращаться. Она перешла ручей вброд, наслаждаясь обжигающим прикосновением холодной воды, и двинулась в сторону дороги. Сорвала на ходу листья полыни и растерла их в ладони, как когда-то учила мама. Теперь руки еще долго будут хранить запах леса.

Она сразу же, издалека почувствовала, что в замке что-то случилось. Что-то изменилось. Айна поняла это по тому, как утратил прозрачность воздух над дорогой, ведущей к большому тракту. По звукам и запахам, доносившимся из-за стены.

Когда она подошла к воротам, которые уже много лет стояли распахнутыми, то увидела, что на внутреннем дворе стоит незнакомый богатый экипаж.

Кто-то приехал в замок Берг.

3

Айна быстро прошла по старому мосту над заросшим рвом, скользнула через ворота и спряталась в тени пустующего деревянного навеса для стражи. Оттуда она с замирающим сердцем смотрела на карету, запряженную четверкой породистых лошадей. Животные выглядели уставшими, они с нетерпением ждали, когда конюхи освободят их от сбруй и отведут в стойла. Самих путешественников видно не было: очевидно, они уже скрылись в господской части замка.

Скрываясь в тени крепостной стены, Айна быстро обежала парадный двор и через арку нырнула на ту сторону крепости, где размещались хозяйственные постройки и Грязный двор. Там она первым делом подкатила к тетке Сане.

– Кто это, – спросила она как бы между прочим, напустив на лицо скуку, – приехал?

Тетка покосилась на нее с усмешкой, ни на миг не веря в это равнодушие.

– Так хозяйские дети. Леди Алиния и милорд Риндон собственной персоной.

Сердце ударило в грудь сильно-сильно. Айна молча кивнула и побрела в сторону полки с посудой. Почти не ощущая своих рук, она расставила миски по большому столу для простородных обитателей замка. Потом так же бездумно разложила ложки. Обслуги в замке Берг было немало – полтора десятка только взрослых работников, не считая их детей, которые трапезничали за соседним малым столом.

– Риндон такой красавчик стал, – ласково промурлыкала тетка Сана, будто о своем собственном сыне говорила. – Высокий, ладный. А уж ее милсть и вовсе принцесса!

«Он меня, наверное, забыл, – с тоской думала Айна, помогая тетке нарезать ломтями хлеб. – Даже не узнает, поди, при встрече...», – а сама в глубине души надеялась, что Рин будет прежним... Совсем, как раньше. Надеялась, и боялась этой надежды.

– Ты на всех не ставь, – вдруг спохватилась тетка. – Прислуга из покоев сейчас при деле, им не до обеда. Гостей надо как следует устроить.

Когда в кухне стало людно от замковых обитателей, Айна тихо спряталась в дальнем углу, за полками с утварью, села на пол и уткнулась носом в колени. Хотелось плакать и смеяться одновременно. Хотелось бежать и кричать от радости. Хотелось подняться на стену и спрыгнуть вниз – и полететь. А есть не хотелось совсем, хотя в животе уже урчало. Айна даже немного укусила себя за палец, чтобы унять бешенный стук сердца. Но это не помогло. Будь ее воля, она бы уже рванула обратно к лесу, чтобы там как следует прокричаться и хоть немного успокоиться. Но после обеда ей надлежало собрать всю посуду и помочь с мытьем.