Ступая широкими лапами на берег, грациозно вышел огромный красно-тигр, и лианы тянули Сашу прямо к нему.

Прошло несколько часов, как вторая группа вышла с поселения Ковчег и направилась в джунгли. Бен вспоминая утреннее происшествие все еще хмурил брови. Погруженный в свои мысли, он игнорировал редкие попытки Глеба заговорить с ним. Тот на это только посмеивался и, отслеживая эмоциональный фон белого стража, ждал, когда тот остынет.

— И все же, — наконец выдал Бен, — ты не должен был говорить ей о том, что я ляпнул, не подумав.

— Но ты ляпнул, очень даже подумав, — усмехнулся Глеб. — Тот спектакль, что ты разыграл с люлькой и слоном, так вообще тянет на премию лучший актер. И вообще, не понимаю твоих возмущений. Нет бы спасибо сказать.

— Спасибо? — белый страж не верил своим ушам.

— Ну да. Твои слова слышали не только стражи, но и Староста. Ты, между прочим, его очень огорчил. Он действительно рассчитывал сосватать сестре своего младшего сына. Как думаешь, что больше не понравилось бы Саше, услышать это от нас с тобой или от старосты с его предложением отпраздновать такое событие?

Бен сморщился и покачал головой, такой вариант событий он даже не предусмотрел. Саша явно руганью бы не ограничилась, могла и вход в джунгли перекрыть.

— Дошло? — улыбнулся Глеб. — Жду благодарностей.

— Как я ее с Земли увез, тоже расскажешь? — нахмурился Бен.

— Нет, основные причины она знает, в этом плане не переживай, а насчет твоего послания… Есть кому об этом рассказать и мешать им не стоит.

— Ты имеешь в виду, Авалоса? — Бен хмуро оглянулся на стража, что шёл позади них.

— Да, и должен тебя предупредить сразу. Я больше не потерплю твоего вмешательства в их отношения.

— Думаешь, Дом Авалосов примет простую девушку в свою семью?

— Начнем с того, что Саша не так проста, как многие. А для Алексея она значит больше, чем для тебя, и этот черный страж значит для нее не меньше.

— Больше, чем для меня? — горько усмехнулся Бен. — Уверен?

— Да. Когда родится Бусинка, мы сможем создать для тебя Звезду, что раз и навсегда лишит тебя твоего голода. Но Алекс и Саша… Они связаны большим. Если они расстанутся сейчас, то срок их жизни продлится не так долго, как ты думаешь. Слышал про выгорание?

— Да, но прием тут это?

— Саша — единственная, кто может остановить это для Алексея, а сама Саша… Она не проживет дольше него. Я думал, ее сны — это только момент тоски по Алексею. Но, увидев их рядом. Почувствовав их эмоции, сплетение энергии, понял, что она искала и смотрела за ним любым доступным ей способом.

— И что это за способ?

— Джунгли. Она во сне настолько сильно желала его увидеть, что сам лес отзывался на ее тоску и показывал то, что видел сам. Ты бы мог так тосковать? Ты бы мог даже на подсознании искать так встречи с Сашей, пытаться узнать о ней хоть что-то? Можешь не думать, я тебе отвечу… Ты бы не смог. Твоя броня, не дала бы тебе сделать этого. А у Алексея все наоборот, они связаны, уже связаны.

— Но они не спали вместе! Я точно знаю! А то, что ты описываешь, это признаки парных, но пока между ними нет близости, такая связь расторгаема.

— Да? И сколько для этого надо времени? Месяц? Два? Полгода? Год? Ты разве не осознал, что после разлуки и всех твоих попыток встать между ними, их чувства друг к другу не стали слабее. Если они не смогут сейчас открыться друг другу, их путь саморазрушения только ускорится. Не забывай, мы Белоснежки, у нас есть привязки на жизнь, чтобы выжить в этом мире. И в чем-то парность стражей похожа на это.

— Но сейчас он здесь, а она там. Думаешь, они смогут наладить свои отношения на расстоянии?

— Он здесь, она там? — Глеб усмехнулся. — Очень сомнительное предположение. — Бен замер, понимая, что упустил что-то важное. — Я понимал, что в плане энергии твоя броня все равно возьмет над тобой верх. Потому пришлось устроить небольшое представление и дать тебе шанс осознать свои чувства, а также дать шанс Саше и Алексею разобраться в своих.

Бен чувствовал, как броня пробуждает в нем злость от непонимания происходящего и, ухватившись за браслет, направил все силы на взятие самоконтроля.

— Вы должны были отправить меня вместе с ним, — донесся до Бена встревоженный шепот. — У него выгорание! А я не могу отследить его показатели! Я даже утром не смог снять уровень его стабильности!

— Командор Горин? — Бен прошептал эти слова, и страж обернулся к нему. Черный шлем скрывающий лицо, посмотрел сначала на белого стража, а потом развернулся к Глебу.

— Думаете, уже можно? — спросил страж голосом Алексея Авалоса, но Бен вдруг осознал, что там находится другой человек, а голос подстраивает броня. Именно поэтому они с утра ее одели и не снимали до сих пор.