Во время практических занятий нам в противники кого только не выставляли. И как-то раз мне даже попался пленённый орк. Работал он по этой же схеме. Шёл напролом, широко размахивая здоровенными ручищами. Поначалу меня такая техника смутила и вогнала в ступор. Слишком яростен и непредсказуем оказался противник. Тогда я совершил ошибку и попытался биться в его стихии.

Закономерно проиграл.

Правда через секунду вскочил и сжёг его заклятьем Пламенного Феникса. Но это уже другая история. Наставники меня за это по головке не погладили. Как-никак, я пришёл учиться навыкам рукопашной схватки, а не магической дуэли.

Но, спустя некоторое время и благодаря стараниям учителей, я нашёл работающий метод. И теперь пришёл момент его вспомнить.

Самое главное, не стоять на линии атаки. А дальше тело само вспомнило, что делать.

Чуть отклоняясь назад, сдвигаюсь вправо, пропуская перед лицом очередной удар. Одновременно изящно выбрасываю вперёд ногу и носком бью в подмышечную впадину человека. Увидев, как дёрнулось лицо противника, понимаю, что попал в цель. Там находится незащищённый нервный узел. Во всяком случае, у орков и гномов так. Людей я ещё не бил. А эльфы чаще сражаются холодным оружием или силой владения магии. Так что сейчас я серьёзно рисковал.

Поймал бы он мою ногу и скрутил. А так сработали скорость и умения.

Теперь дело за малым. Обездвижить вторую руку и успокоить дерзкого крестьянина.

Пока он болезненно морщился, прижимая обездвиженную конечность, я продолжил атаку. Делаю ещё один шаг в сторону и фактически оказываюсь у него за спиной. Он что-то ещё пытается сделать, ударяя меня с разворота локтём, но я ловлю его на излом и бросаю на землю.

Чтобы знал своё место.

Добивать не стал. Мне он нужен живой, чтобы ответить на некоторые вопросы.

— Ах, ты ж падла! Да я тебя! — заголосил наглец, пытаясь подняться.

— Тебе мало? Умерь свой пыл и послушай, что говорят старшие, — холодно урезонил его я.

— Клим, скотина! Говорили, что ты драчливый по пьяни, но чтобы так! Всё, всё, хорош махаться, — видя мой боевой настрой, пошёл на попятную крестьянин.

Теперь я уже не сомневался, что это обычный земледелец. Только непонятно как оказавшийся внутри «земляного дракона». Что ж с этого и начнём.

— Что за тварь ты приручил? Почему она не сжирает тебя, а слушается?

— Какая тварь? У тебя что белочка? — но, наткнувшись на мой суровый взгляд, успокоился и продолжил, — а, так это ж комбайн. Ты чего? У вас таких на полях тоже с десяток катается. У меня, конечно, новенький, только с завода. Вон видишь краска ещё не облупилась даже. А так машина хорошая, работящая.

Хм, значит это некий «комбайн», а не «земляной дракон». И, судя по его словам, вещь привычная и кем-то созданная. Если здесь такие монстры считаются обыденностью, то местные правители должны обладать недюжинной силой и властью.

— Для чего создан комбайн? И что умеет?

— Ну ты даёшь. Совсем мозги что ли пропил? Зерно он убирает. Колосья вон срезал, дальше выбил из них, это самое зерно, воздухом почистил и в бункер загрузил. Хлеб мы делаем, хлеборобы! Важная профессия! — с гордостью ответил он.

Похоже, это всё-таки механизм, а не живое существо. Да ещё и под управлением обычного человека. Теперь мне вдвойне интересно встретиться с местными правителями.

— Я понял тебя. А теперь отведи меня к вашей знати.

— Эээ, ты про председателя колхоза? Так он тебя первый под статью подведёт. Как тунеядца и алкоголика, — удивился крестьянин.

— Веди! — не поняв и половину слов, приказал я.

— Куда я с поля денусь? План сорву, так со мной потом, знаешь, что сделают?

Может ещё припугнуть? Снова марать руки, конечно, не хотелось, но рабской плети у меня с собой не было. Я не сторонник излишней дисциплины. Да и помощники в академии у меня в основном магические. Слуги есть только в отцовском поместье. Так что, как обращаться с низшими сословиями я знал, но мне этого глубоко претило.

Я замахнулся и сделал вид, что сейчас его ударю.

Не помогло. Он только вжал голову в плечи и отполз подальше.

Видимо, тот самый «срыв плана» пугал его больше, чем сиюминутная расправа. Да уж, власть держащие этого поселения хорошо приучили своих поданных к дисциплине. Даже под угрозой смерти, они стоят за своего хозяина.

Похвально.

Убивать его было бы глупо. Но выяснить, где находится «председатель колхоза» не помешает.

— В какой стороне живёт правитель?