Красное движение начало принимать еще более стремительные обороты, и страны в обязательном порядке проходили демонополизацию с последующей передачей прав на предприятия в руки государства.

Так как я изучал историю, то меня несколько удивил тот факт, что в народе весьма тепло приняли новый режим. Я ожидал куда большего сопротивления.

Безусловно, бунты выглядели впечатляюще, но содействие армии не дало и шанса на реванш. А жаль, было бы что почитать.

Сам социалистический режим мне не очень-то интересен. Хоть я действительно забавляюсь, когда наблюдая за тем, как люди тщетно пытаются объединится, но все же выделяю только практическую выгоду из данного строя. Мне нужна стабильная работа и уверенность в завтрашнем дне, а до того, какой именно режим это предоставит, мне особого дела нет.

Может, я и был бы рад объединению, но невооруженным глазом видно, что, несмотря на смену строя, люди остались такими же эгоистичными лицемерами, как и раньше. Правда, я вряд ли могу сказать, что мое суждение до конца объективно. Все же этот строй установился, когда мне было всего три года, так что я не могу наглядно сравнить людей до и после. Остается делать выводы на основе старых записей и видеоматериалов. Благо в интернете их было с избытком.

Закончив с основными блюдами и положив остатки в холодильник, Хитори заварила черный чай и передала мне чашку.

Для заварки она использовала достаточно дорогие листья и старалась подобрать идеальные пропорции сахара и воды, чтобы полностью раскрыть вкус чая. Она также использовала дольку лимона, чтобы добавить недостающую кислинку.

Как и ожидалось от Хитори, вкус был невероятным. Хоть я не являюсь чайным сомелье, но вкуснее того, что заваривает моя сестра, я не пил никогда.

— Спасибо. Было очень вкусно, — я поблагодарил Хитори за еду и стал наслаждаться горячим напитком.

Сестра довольно кивнула на мои слова и продолжая попивать чай, решила немного поговорить на отстраненные темы.

— Кстати, а почему ты пришел позже обычного?

— Хм? Ты про школу?

— Да. Обычно ты приходишь ближе к трем, а сегодня задержался практически на полтора часа.

— Что ж. Сегодня в игре были немного загружены споты, поэтому мне пришлось потратить больше времени на поиск свободных мест. Кажется, нас хотят вытеснить с насиженного места.

— Я тоже это замечаю. Сейчас идет странная тенденция. Большая часть спотов в Древней пустыне активно оккупируется гильдиями, которые враждебно настроены к нам.

— Хочешь сказать, что у Отвергнутых появился новый приоритет?

Я злобно улыбнулся, не убирая из своей руки кружку с кипятком.

— Я бы не стала забегать вперед, но, скорее всего, нам нужно готовиться к новой войне, чтобы как можно скорее вернуть наши законные владения, — Хитори состроила такую же улыбку и с наслаждением отхлебнула чай.

Может, наша гильдия и не выходила в топы, но мы обладали достаточной силой, чтобы удерживать лучшие споты в Древней пустыне. Для этого у нас на протяжении всей локации стояли аванпосты, на каждом из которых находилось порядка пяти сотен юнитов высокого уровня. На одном из них даже присутствовал генерал, чьи способности позволяли сдерживать силы врага до прибытия подкрепления.

— Кстати, это не единственная причина моей задержки, — пока что отложив вопросы о игре, я решил выведать у Хитори то, что было лично интересно для меня.

— И чем же мой любимый брат мог заниматься помимо игры?

— Я ведь не сказал, что это было не в игре.

— Так и есть, но разве ты хотел продолжить обсуждать BaMO?

Сестра читала меня как открытую книгу. Словно все мои мысли были написаны на лице.

Если это продолжится, то у меня появятся большие сомнения по поводу того, что телепатии не существует.

— Твоя взяла, это и правда не связано с игрой, — я демонстративно приподнял руки, из-за чего Хитори триумфально выпятила грудь, но так же быстро вернула ее в исходное положение, после моего вопроса, — Позволь узнать, что именно ты рассказала Огаве-сэнсэю?

— Э-э… — несколько капелек пота пробежали по щеке Хитори. — Ха-а… Эта женщина ничего не может держать в секрете.

Сестра понуро опустила голову, однако этого было недостаточно для того, чтобы я от нее отстал.

— Ну так что?

—…Ты ведь и сам знаешь, разве нет? Она спрашивала про наше детство, но в основном про тебя.

— Про меня? — я несколько удивился словами Хитори, поэтому машинально приподнял левую бровь.

Я не прибедняюсь, но мне всегда казалось, что слушать про мою сестру гораздо интересней, чем про меня. Особенно, если говорить про детство.

Будучи членом знатной семьи, даже по меркам нового режима, Хитори с детства обучали игре на различных инструментах, бальным танцам и другим, настолько же бесполезным вещам. Но благодаря этому Хитори стала очень разносторонней и эрудированной во многих вопросах.