Шрифт:
Выхватываю взглядом знакомое название магазина одежды и быстро набираю его владельца. Как удачно, что именно моему давнему другу понадобился консультант.
– Егор? Это Алекс Громов.
– Алекс? Давно я тебя не слышал, брат. Куда пропал?
– Да вот только день как вернулся на родину, – хмыкнул в ответ я.
– Тогда давай вечером как обычно: наша компания, клуб, девочки, все как ты любишь.
– Не сегодня. Вот улажу все дела и тогда. Слушай, Егор, у меня к тебе дело одно. Тебе тут девочка позвонит, надо бы ее взять на работу.
– Любовница что ли? – хмыкает в ответ друг, – Так я продавца в зал ищу, в магазин одежды. Не брендовой даже, обычной.
– Не любовница. Ты же знаешь, я их берегу от всяческого труда, а то они уставшие после для работы по прямому назначению, – не могу удержаться от скабрезной шутки, – а эта работка самое то. Если побольше девчонку загружать будешь, ну там, сверхурочные часы, перетаскивание коробок, сортировка – я тебе даже сам доплачу.
– Хах. Ну это странно, конечно, но ладно, позвоню менеджеру сейчас, предупрежу ее.
– На собеседовании она Миланой Орловой представится, брюнетка такая. Только, Егор, обо мне ни слова. Будто менеджер ее сам принял.
– Да не вопрос.
– Там еще мои ребятки немного присматривать будут за ней.
– Э-э-э нет, Алекс, – через секунду раздумий возражает Егор, – Твои мордовороты мне всех посетителей распугают!
– Не переживай, нормальных подберу ребят. Без них никак.
– Черт… ну ладно, что с тобой сделаешь.
– Вот и отлично. Буду должен.
– Еще как!
Распрощавшись с другом, я спокойно допиваю кофе и поднимаюсь наверх. На этот раз даже стучу, прежде чем войти в комнату Миланы. Кто знает, чем она там занимается.
Девчонка соскакивает с постели сразу же, едва я дверь открываю. Глаза красные, видно, что плакала, но подбородок вздернут гордо и смотрит с вызовом, даже враждебно. Нахохлившийся маленький воробушек. Не сдерживаю насмешливой ухмылки – ну просто дернись я резко и она сразу на меня с кулаками набросится, так воинственно выглядит.
– Пусть будет магазин одежды. Я тут видел, ты выписала себе.
– Что? – она смотрит на протянутый ей листок и переводит недоверчивый взгляд на меня, – Ты серьезно?
– Похоже, что я люблю шутить? – вздергиваю вопросительно бровь.
Она хмыкает и отрицательно качает головой.
– А если меня не примут в этот магазин работать, что тогда?
– Если не примут, тогда и поговорим, – отрезаю я, все еще протягивая листок, – давай бери. Либо этот вариант, либо вообще никакого.
Еще секунду она раздумывает, а потом резко выхватывает у меня из рук бумажку, словно боясь, что я прямо сейчас передумаю.
– Ладно, я позвоню, – протянула она с таким видом, будто делает мне одолжение.
– Тогда распоряжусь, чтобы водитель отвез тебя на собеседование, если пригласят.
– Я могу вызвать такси или на автобусе добраться.
– Не можешь, – отрезаю сухо, – сегодня я занят, так что ОЧЕНЬ надеюсь, что мне не позвонят и не скажут, что ты выкинула какой-нибудь фортель и сбежала от шофера.
– Я поняла.
– Вот и умничка.
Напоследок окидываю девчонку взглядом и направляюсь к выходу из комнаты.
– Спасибо, – тихо благодарит она.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза: сейчас она начнет говорить всякую ванильную чушь про то, как для нее это важно. Даже оборачиваюсь, выжидающе глядя на Милану. Но девчонка уже что-то набирает в своем смартфоне, покусывая пухлую губку.
– На здоровье, – с сарказмом отвечаю и захлопываю за собой дверь.
На сегодня лимит добрых дел исчерпан.
Глава 8
Милана
Отъезд дяди Вовы выбивает меня из колеи. Если выбирать между ним и его сыном, я однозначно выбрала бы первого. Потому что Алекс меня по-настоящему пугает. Пусть я не слишком хорошо разбираюсь в мужчинах, но понимаю очень четко – нужно держаться от него подальше. Наглый, самовлюблённый, циничный – это все про него, про Громова-младшего. Да у него даже фамилия под стать. Чужой, опасный.
И вот с ним меня оставил дядя Вова…
Когда Алекс запретил мне работать вопреки решению отца, я не просто разозлилась. Я была в бешенстве! И только понимание, что пока бессильна против его власти, удержало от очередной глупости. А пока я строила планы мести, Его величество мудак вдруг решил сменить гнев на милость, чем окончательно поставил меня в тупик.