Полное собрание стихотворений
вернуться

Анненский Иннокентий Федорович
Шрифт:

Тотьма

19 марта 1906

Призраки

И бродят тени, и молят тени: «Пусти, пусти!» От этих лунных осеребрений Куда ж уйти? Зеленый призрак куста сирени Прильнул к окну... Уйдите, тени, оставьте, тени, Со мной одну... Она недвижна, она немая, С следами слез, С двумя кистями сиреней мая В извивах кос... Но и неслышиым я верен пеням, И, как в бреду, На гравий сада я по ступеням За ней сойду... О бледный призрак, скажи скорее Мои вины, Покуда стекла на галерее Еще черны. Цветы завянут, цветы обманны, Но я... я – твой! В тумане холод, в тумане раны Перед зарей...

Облака

Пережиты ли тяжкие проводы, Иль глаза мне глядят неизбежные, Как тогда вы мне кажетесь молоды, Облака, мои лебеди нежные! Те не снятся ушедшие грозы вам, Все бы в небе вам плавать да нежиться, Только под вечер в облаке розовом Будто девичье сердце забрезжится... Но не дружны вы с песнями звонкими, Разойдусь я, так вы затуманитесь, Безнадежно, полосками тонкими, Расплываясь, друг к другу все тянетесь... Улетели и песни пугливые, В сердце радость сменилась раскаяньем, А вы все надо мною, ревнивые, Будто плачете дымчатым таяньем...

Трилистник шуточный

Перебой ритма

Сонет

Как ни гулок, ни живуч – Ям — – б, утомлен и он, затих Средь мерцаний золотых, Уступив иным созвучьям. То-то вдруг по голым сучьям Прозы утра, град шутих, На листы веленьем щучьим За стихом поскачет стих. Узнаю вас, близкий рампе, Друг крылатый эпиграмм, Пэ — – она третьего размер. Вы играли уж при мер — – цаньи утра бледной лампе Танцы нежные Химер.

Пэон Второй – Пэон Четвертый

Сонет

На службу Лести иль Мечты Равно готовые консорты, Назвать вас вы, назвать вас ты, Пэон второй – пэон четвертый? Как на монетах, ваши стерты Когда-то светлые черты, И строки мшистые плиты Глазурью льете вы на торты. Вы – сине-призрачных высот В колодце снимок помертвелый, Вы – блок пивной осатанелый; Вы – тот посыльный в Новый год, Что орхидеи нам несет, Дыша в башлык обледенелый.

Человек

Сонет

Я завожусь на тридцать лет, Чтоб жить, мучительно дробя Лучи от призрачных планет На «да» и «нет», на «ах!» и «бя», Чтоб жить, волнуясь и скорбя Над тем, чего, гляди, и нет... И был бы, верно, я поэт, Когда бы выдумал себя. В работе ль там не без прорух, Иль в механизме есть подвох, Но был бы мой свободный дух — Теперь не дух, я был бы бог... Когда б не пиль да не тубо, Да не тю-тю после бо-бо!..

Трилистник замирания

Я люблю

Я люблю замирание эхо После бешеной тройки в лесу, За сверканьем задорного смеха Я истомы люблю полосу. Зимним утром люблю надо мною Я лиловый разлив полутьмы, И, где солнце горело весною, Только розовый отблеск зимы. Я люблю на бледнеющей шири В переливах растаявший цвет... Я люблю все, чему в этом мире Ни созвучья, ни отзвука нет.

Закатный звон в поле

В блестках туманится лес, В тенях меняются лица, В синюю пустынь небес Звоны уходят молиться... Звоны, возьмите меня! Сердце так слабо и сиро, Пыль от сверкания дня Дразнит возможностью мира. Что он сулит, этот зов? Или и мы там застынем, Как жемчуга островов Стынут по заводям синим?..

Осень

………………………… Не било четырех... Но бледное светило Едва лишь купола над нами золотило И, в выцветшей степи туманная река, Так плавно двигались над нами облака, И столько мягкости таило их движенье, Забывших яд измен и муку расторженья, Что сердцу музыки хотелось для него... Но снег лежал в горах, и было там мертво, И оборвали в ночь свистевшие буруны Меж небом и землей протянутые струны... А к утру кто-то нам, развеяв молча сны, Напомнил шепотом, что мы осуждены. Гряда не двигалась и точно застывала, Ночь надвигалась ощущением провала...