Она вдруг обернулась ко мне и вежливо обратилась на английском, но с явным акцентом. В этот момент я наблюдала, как паруса разворачивались в сторону солнца. Наш мирок стал погружаться в большую тень, что принесло только психологическую прохладу. Подле меня раздался ласковый голосок…

– Надеюсь, не помешаю вашим мыслям… я вам воды принесла…

– Вы уже прервали их, так что… – ответила я холодно. Не собиралась я быть дружелюбной к этим фуриям.

– Если мое общество вам неприятно…

– Нет-нет… что вы… я с удовольствием разделю с хорошим человеком досуг…

Между нами напряженно повисла пауза. Но повода для скандала я решила не давать. Я тут одна. Защитника нет. Выбросят еще за борт…

– Простите, по акценту предполагаю, что вы полька, – примирительно обратилась я к соседке.

– Да, она самая и есть. Я польский бизнесмен… Так как насчет минеральной воды со льдом?

– Не откажусь точно… Спасибо.

Я схватила спасительную прохладу и выхлебнула почти всю за раз. Но вода не погасила внутреннего раздражения. Я искала выход излишним эмоциям перед судьбоносной встречей.

– Не спешите так, простудите горло.

– Да… вы правы…

Некоторое время мы молча смотрели в море. Затем она обернулась и сладким голосом продолжила разговор.

– Наверное, думаете, как вас угораздило сюда, в Содом и Гоморру.

– Нет, сознаюсь, вы не телепат. Я прикидывала, сколько же человек может поместиться на яхте.

– Человек десять или пятнадцать, я думаю. Насколько я слышала, все путешествие рассчитывалось на десять женщин и пять человек персонала.

– Десять русских женщин и пять турок…

– Ревнуете к туркам?

– О! Нет! Это звоночек русским мужчинам…

– Но прекрасная половина не только из России. Сюда, как в Мекку, стекаются пилигримки со всей восточной Европы и со всего Запада. Все любят турок.

– И вы тоже?

– Почему вы так стремитесь поссориться?!

– Извините… жара… голова разболелась… – снова приняла я мирную мину.

– Ничего тут особенного не происходит, – продолжила она спокойно, без всяких подводных камней. – Много экзотичной еды, турецкий массаж и своеобразная корабельная сауна. Специальные пожелания – по индивидуальному предпочтению. Про себя могу сказать – у меня их нет. У меня дома муж, которого я люблю. А вот что меня удивляет, это присутствие несовершеннолетних. Я говорю о тех девочках. Такие печальные… ничего не понимаю. Что им тут надо? Кто их сюда привез? Имели пригласительные. Все у них оплачено до самой Турции.

Сначала я подумала: может, они проститутки. Но ведут они себя с персоналом грубо. Мужчины в ответ не обижают. Кажется, их все-таки высадят на Касосе и даже вернут часть денег.

Как они получили пригласительные? Я сама здесь, потому что организатор – моя подруга. Такая прогулка стоит немалых денег. Я ничего не платила, подруга позволила оценить сервис. Но мне здесь скучно. У меня друзья на Касосе. Не понравится – останусь на острове, тем более я давно собиралась туда, и, кажется, теперь звезды сошлись.

– С вами очень легко. Вы общительный человек, завидное свойство характера – я же на новые знакомства тяжеловата. Вы, наверное, хороший бизнесмен, удачливая: полдела – уметь расположить к себе… – я даже и не пыталась скрыть иронию.

Не могла я смирить свою злобу, чувствуя фальшь ее вкрадчивого тона, но в чем подвох, не могла понять.

– Бывает, что расположить к себе – все дело, – но моя случайная подружка как будто этого и не замечала.

– Мне странно одно – мужчины на вид старые, что женщинам интересного в этом?

– Но это только на вид. Одному из них двадцать. Двоим – чуть за тридцать. Только хозяину около сорока. У них у всех все в порядке с тем, что может заинтересовать определенных гостей.

– Как хорошо вы информированы!

– Вы знаете, это часть моей работы – быть информированной, тем более что организатор – моя подруга, я же говорила.

– Ваш английский совсем неплох.

– У меня международный бизнес. А вы волею каких судеб?

– Надеюсь, Божьих. Пытаюсь залечить тоску по жене, она умерла. Моя ориентация вас не смущает?

– Смущает…

– Вы практикующая католичка?

– Упаси меня Бог от такого идиотизма. Но зарабатываю немало и на этом организую поездки по святым местам…

Во время нашей беседы меня сумасшедше стал морить сон: свинцовая голова, чугунные ноги. Несмотря на пекло, по моей спине пробежала ледяная дрожь от одного странного подозрения. Мой, уже пустой, стакан с остатками льдинок на дне выпал из обессиленных рук и покатился по деревянной палубе без какого-либо ущерба себе.

Я с усилием, как резкость старого фотоаппарата, навела туманящийся взгляд на собеседницу и вскрикнула. На меня в упор смотрела не доброжелательная фея, как минуту назад до этого, а по-крысиному, яростно горели зрачки убийцы…