Вскоре Алексей добавил «еще винца», снова чокнулся с воздухом, отпил половину бокала и продолжил трапезу.

– Это умение есть, по господину Раевскому, - вдруг сказал Волков.
–  Есть такой хлопец. Интересный мужчина и гитарист классный, это я тебе, как женщине говорю. Хотя он брюнет, а не блондин и, что не маловажно, тоже не 180 см. Я у него «содрал» эту методику кушать «когда на тебя смотрят». Видишь? Кушаю…

Анжелика снова улыбнулась и, оставив без ответа этот посыл в свою сторону, взяла бокал и допила вино. Умеющий кушать по господину Раевскому, тут же снова наполнил его до краев, поднял свой, полупустой, привычно чокнулся и выпил.

– Что ж ты себя-то обделил? – вяло поинтересовалась девушка, поднимая дорогую емкость, и устраиваясь поудобнее на угловом кухонном диванчике.

Есть она больше не хотела, а вот пообщаться с таким неординарным субъектом как раз наоборот.

– Норма, - коротко ответил Алексей. – Надо подождать. Я имею ввиду, узнать, как оно там, в животе, на «старые дрожжи»? Вот подожду, а уж потом урегулирую следующую дозу.

– Интересно, а с какой это милости ты столько наливаешь мне? Значит, мою норму спрашивать не нужно?

– Ты гость.

– И ты.

– Я – здесь брат, а ты гость. Да и спорь ты, или нет, а я знаю, что бокальчик – два ты еще …даже легко.

– М-м! Какая прозорливость?

– Это «опыт – сын ошибок трудных», - многозначительно поднял палец к потолку Волков, чувствуя, как начало стабилизироваться его состояние. – Надо же тебе нервишки успокоить?

– Нервишки?

– Они самые, - подтвердил Алексей, - даже если зажать тебе пальцы в двери, ты в этом сейчас не признаешься, но я-то знаю, как бы ты меня сейчас не переубеждала, что нервничаешь ты от чего-то, крепко нервничаешь.

– Положим, ты прав, и что тогда?

– Пей.

– Вообще-то я за рулем.

– Нормально, - наигранно возмутился Волков, - ты ведь все равно уже пила?

– И то, правда, – согласилась Анжелика, – чего бояться, со мной же милиционер поедет?

– То, что я милиционер, знают многие, - колко заметил Алексей, - но далеко не с каждым я куда-либо поеду, тем более, с подвыпившими дамочками. И, знаешь, честно тебе скажу, ехать я никуда не собирался.

– А мы, пока, никуда и не едем, - успокоила взыгравшуюся неподатливость оппонента девушка. – Просто сидим и тебя «лечим».

– Это верно. – Твердо подчеркнул свою позицию Волков. – Я, – тут же продолжил он, – наверное, сейчас еще немного «подлечусь» и пойду телек смотреть.

Привычным движением он налил себе и гостье, игнорируя тосты и следовавшее ранее чоканье с воздухом, просто выпил и заключил:

– Приготовила много, вкусно. Андрюху объели, обпили, спасибо тебе, мне полегчало.

– На здоровье, - сдержанно ответила Анжелика, - заходите еще.

– Слушай, «доктор», а как тебя звать? – спросил Волков, начиная подтаивать после выпитого. – Должен же я знать, для кого испросить милости у бога за свое спасение.

– Анжелика, - улыбаясь одними глазами, представилась она.

– М-м, хорошее имя.

– Да, в общем, неплохое, - согласилась посланница брата, - у Андрея даже есть одноименная песня.

– Ну, - не без гордости возразил Алексей, - положим, песню эту написал не Андрюха, а я, еще в школе. Он ее только поет.

– Ты?!

– Я, а-а, – махнул рукой, откинувшись на спинку стула, Волков, – ясно. Раз милиционер, значит, какие там песни? Но я милиционер, знаешь ли, со странностями, …с нормальными странностями, не улыбайся. С ненормальными в милицию не берут.

– Интересно.

– Ты про ту Анжелику? У-у! – поднял к глаза к потолку Волков.
–  Она ведь была на самом деле. Я, в старшие школьные годы, был в нее, как это тебе сказать, …по уши влюблен. С кем не бывало, правда? Заметь, никаких комплексов, любил и любил, а песенка осталась, не пропадать же добру?

– Она, та Анжелика, минчанка?

– По-твоему, любить по-настоящему можно только минских девушек? Она солигорчанка, как и мы с Андреем. Только мы-то с ним вообще из деревни, лохи…

– Перестань.

– Что есть, то есть. Не всем же рождаться в Минске?

– Алексей, - замечая, как лихо начинает «закручивать» ее собеседника сухое вино, решила не отвлекаться от намеченной цели Романович А.И., – нас ждет Андрей. Он просил быть в двенадцать, а уже одиннадцать. Давай покурим и поедем…

– Не курю, - косея на глазах, заявил Волков старший и встал из-за стола.

– Тем более, можно и не курить, - не унималась гостья, - я ведь обещала твоему брату. Тебя ждет сюрприз. Кстати, он говорил, что ты человек более обязательный, чем он, это правда?