— Обская Теона Руслановна, — выдыхаю.

— Возраст, — скребёт ручкой бумагу мужчина.

— Девятнадцать лет.

— Почему находитесь в ночное время на территории вне дома без паспорта?

Я не успеваю ответить на вопрос, потому что в кабинет возвращается капитан, он отводит полковника и моего мучителя в сторону, начиная бурным шёпотом что-то докладывать.

Я напрягаю слух, но все равно ничего не слышу.

Ставлю локти на стол и зажимаю виски, прикрывая глаза. Кошмар… Теперь у меня всего два варианта дальнейшей жизни. Один лучше другого: сесть в тюрьму или сдаться власти отца, который, наверняка меня вытащит из проблем. Все-таки не самый последний человек. Но взамен лишит права голоса навсегда.

Открываю глаза и сталкиваюсь взглядом с тем самым мужчиной в штатском. Он внимательно меня рассматривает.

Демонстративно отворачиваюсь и делаю вид, что меня страшно интересует аппарат для ксерокса.

— На пару слов, Тарас Петрович, — слышу властный низкий голос. Он мне ещё не знаком.

Интерес побеждает гордость, и я снова оборачиваюсь на мужчину в штатском. Мое предположение оказывается верным, именно ему принадлежит бархатный баритон с едва уловимым протяжным акцентом.

Мужчина встаёт с кресла и приглашающим жестом просит полковника выйти с ним за дверь.

— Ну продолжим, — мой мучитель возвращается на своё место и берет в руки ручку. — Почему, говорите, ходите без паспорта?

— Он у папы в сейфе, — отвечаю нехотя. — Должны были с женихом заявление подать.

— С Романом, — уточняет мужчина.

— Нет, — мотаю головой. — Жених у меня другой.

— Ну значит вдвойне обрадуется, — пошло хмыкает мне в ответ и резко дёргается, слыша голос вернувшегося полковника.

— Потапов! Отставить!

— В чем дело, товарищ полковник? — подскакивает он.

— Что же вы, Саид Артурович сразу не сказали, что девушка ваша племянница, — говорит мужчине в штатском полковник, игнорируя вопрос сотрудника.

Они подходят ко мне ближе. Я распахиваю глаза, понимая, что речь идёт обо мне. Только вот, как на это реагировать не представляю!

— Выросла, — отвечает Саид. — Видимо, решила, что у меня в клубе отдыхать безопасно, но не повезло.

— Лучше нужно смотреть за своими родственницами, Саид Артурович, — с ухмылкой качает головой полковник. — Но я понимаю, сам отец. Вещи ее собери, — отдаёт распоряжение опешившему сотруднику.

Я ошарашено перевожу взгляд с Саида на мужчин в форме, потом на официантов, которые тихими мышками вжались в стену, и пытаюсь найти ответ, как мне поступить. Уйти сейчас с незнакомым мужчиной? Да мало ли кто он вообще, раз его даже люди при таких погонах боятся!

И вообще, зачем он решил за меня вступиться? Вдруг я правда преступница?

— Пойдём, Теона, — этот Саид сам забирает мои вещи, подходит и подхватывает меня за предплечье.

— Я никуда не пойду, — мотаю головой и упираюсь. — Пожалуйста, — прошу отчаянно, — просто позвоните папе. Я скажу номер.

— Я сам позвоню твоему папе, — встряхивает меня Саид и незаметно вжимаются губами мне в ухо. — Подыграй, идиотка.

— Хорошо, — киваю, сама не понимая, почему мне так хочется поверить, что этот мужчина не задумал ничего плохого. В конце концов, это и не тюрьма…

— Благодарю, Тарас Петрович, — пожимает Саид руку полковнику. — Если что, всегда в вашем распоряжении.

— Взаимно, — отвечает тот.

Я, как шарнирная кукла, следую за своим условным спасителем к выходу из кабинета.

— Все нормально будет, не дергайся, — снова слышу его вибрирующий голос возле своего уха.

От него по рукам расползаются мурашки.

— Попрощайся, — велит он мне, разворачивая в дверном проёме.

— До свидания, — послушно шепчу людям в форме, и за нашими спинами закрывается дверь.

Саид

— Проходи, — распахиваю перед девчонкой дверь своего кабинета.

Она замирает на пороге и жмётся спиной к двери, тараща на меня испуганные блестящие глазищи.

— Можно мне домой? — спрашивает робко.

— Нет, — отвечаю резко, пресекая интонацией дальнейшие попытки торга, — пока в клубе работают менты, тебе лучше побыть со мной. Шевелись! — осторожно подталкиваю ее в спину и захлопываю дверь.

— Садись, — указываю рукой на стул возле рабочего стола, а сам опускаюсь в кресло с другой стороны. — Рассказывай.

Теона косится на свою сумочку, лежащую на столешнице, тяжело вздыхает и облизывает губы, так и не решаясь о ней спросить.

— Сначала ты мне расскажешь, как все было, а потом сможешь забрать вещи, — озвучиваю ей условия.