Я собрал монеты в мешочек. Вокруг дыры в центре были отчеканены облака. Монеты делились по размеру, всего три вида. Я спрятал мешочек в карман и вышел во двор.

Я проанализировала беседу, — сообщила Алиса. — Он специально рассказал тебе о доказательствах. Чтобы ты знал. Слишком неестественно он коснулся этой темы.

“Зачем?” — я задрал голову к небу.

Не хватает данных, Арчи. Тебе кто-то помогает, а кто-то, наоборот, пытается убить. Раньше я была уверена, что за всем стоит Луиза. Но теперь сомневаюсь. И я была не права, Беловы тебя не бросили.

Я прищурился. Высоко в небе кружила белая птица. Отсюда я не мог её разглядеть, но что-то внутри подсказывало мне, что это четырёхпалая костяная ворона. Мой персональный ангел-хранитель.

Я усмехнулся. Настроение поднялось.

Тратить деньги я не спешил. Первым делом я нормально поел, а затем уже походил по лавкам и поспрашивал стоимость тех или иных товаров. А вот за информацию приходилось платить — никто просто так не собирался мне ничего рассказывать. Но зато я узнал, что сейчас нахожусь в области “Д” и что таких областей на северной части Острова Свободы немало.

Я не нашёл ни одного артефакта. Все товары были самыми обычными и простыми. Если чего-то не хватало, то можно было договориться с тюремщиком и за отдельную плату он доставлял заказы из-за стены. Например, те же сигареты. Но никаких артефактов. Даже Гранёную Доску невозможно достать.

Скрепя сердце я всё же решил потратиться. Хоть и не знал, когда будет сезон дождей и вообще, смогу ли я заработать местных денег. Но жить в абсолютно пустом доме не хотелось.

Купил самые дешёвые стул и стол. Подозреваю, что ценник для меня неслабо завысили. Но что поделать. Приобрёл средства гигиены, перо и листы, отвалив за них пятую часть всех моих денег. Было жутко жалко отдавать столько за письменные принадлежности, но я не хотел проводить дни без какой-либо пользы. Вернулся домой только вечером. В мешочке осталась половина монет, и их я собирался максимально экономить.

Я сел на лежанку. Мне предстояло пережить первую ночь на Острове Свободы. Самое опасное время. Втайне я надеялся, что меня посетит Филипп, и боялся, что в дом заберутся убийцы. Но на деле ночь прошла спокойно, если не считать того, что мне всю ночь снились кошмары с Викторией и её сыном.

Следующие несколько дней я просто спокойно жил. С Алисой в роли учителя я изучал узоры, рисуя их на бумаге. Пытался понять, как работают элементы узоров, как они различаются между собой. Я ждал Филиппа. Ждал сообщений от Наты или ещё кого. Но меня будто забыли. Просто бросили сюда, дали немного денег и забыли.

Но я помнил о своей основной цели. Каждый день гулял по селению, изучал стену и странный форт. Как я понял, именно он служил выходом на поле. Там был закрытый белыми вратами арочный проход, у которого всегда дежурили двое воинов. К ним я подходить опасался.

Ещё я понимал, что один я вряд ли справлюсь. Поэтому искал возможных сообщников. Парень, который помог мне в столовой, не хотел идти на контакт. За несколько монет портной немного рассказал мне о нём. Этого парня звали Август, и он был клановым. Прибыл сюда месяца три назад.

Дни сменяли друг друга, напряжение во мне росло — я ждал сезона дождей. И вот, на пятый день после моего прибытия рано утром вдруг завыла сирена и над поселением пронёсся громкий голос:

— Время жатвы!

Резко проснувшись, я сел на кровати.

— Время Жатвы! — повторил голос. — Всем собраться на центральной площади своих областей!

В груди гулко стучало сердце. Лёгкий страх и волнение разливались по всему телу. Я быстро оделся и выбежал из дома. По улице в сторону площади шли хмурые мужики, а перед дворами стояли женщины и дети и молча провожали их взглядами.

Несмотря на раннее утро, было очень жарко. Даже прохладный ветер не помогал. Я дошёл до центра поселения вместе с мужиками, которые совсем не замечали меня, погрузившись в свои мрачные мысли. На площади выстроилась очередь из заключённых. По периметру было много патрулирующих воинов, на их поясах висели клинки.

Я встал в конец очереди, которая вела к тому самому большому каменному зданию, похожему на форт. Точнее, к арочному проходу, перед которым стояли тюремщики. К ним и подходили заключённые, соблюдая строгую очерёдность. Двое воинов снимали ленты с их шей и давали им небольшие кошели. Двое хмурых Огранцев с римской тройкой на груди — Трибусы — стояли и следили за происходящим.

Здесь был и писклявый недомерок с изуродованным носом, который разболтал всем, что я клановый. Он крутился между воинами и Огранцами, скорее мешая, чем помогая. Я заметил, как очередь дошла до парня с израненными губами — Августа. Пока ему убирали ленту с шеи, один из Трибусов подошёл к нему и заговорил. Август только покачал головой, на что Трибус раздражённо поджал губы.

— Снова отказался, — прошептал один из мужиков передо мной.

— Гулий выродок, — сплюнул другой.

Больше они ничего не сказали. Очередь продвигалась довольно быстро, и вскоре я оказался перед тюремщиками.