* * * Недоуменно хмуришь брови, И на бумаге чертишь знак, И греешь осень каплей крови, Пролившейся в полночный мрак.

И сочетаешь утонченность Души с печалью пустоты. Как ледяную обреченность Со звездным проблеском мечты.

* * * Ни о чем писать не надо. Весь во власти листопада Остаешься ты один. Память быстрая на воле, И другой не нужно боли, Кроме виденных картин.

Безграничные просторы Зажигают грезой взоры, Повторяют давний сон. Если жизнью ты обижен, Значит, будешь к звездам ближе, К бесконечности времен.

Как всегда проходят годы В вечных поисках свободыНичего уж не вернуть... Ты попробуй незаметно От людей, с их жизнью тщетной, Прямо в вечность ускользнуть.

* * * Ночных созвездий кружева, Твои печальные слова, Холодные огни. Листва осенняя дрожит, И жизнь банальная бежит, Пронзая скукой дни.

Беспечный смех и светлый взгляд, Но раны старые болят, Горят в твоей груди. И болью все освещено, И вновь пространство смещено, И стерты все пути.

* * * Одарил меня сентябрь златой тоской, Знать такое мне узорочье к лицу. Сыпал листьями скарлат он свой драгой. Приучал меня к небесному свинцу.

Светлой грустью он опять меня задел, Безнадежною строкой, узором дней. Я еще и обернуться не успел, Из бертьяницы он вынул горсть вестей.

Вышел из дому не зря я в поздний час, Примирился со своею я судьбой... Вон сентябрь мне опять тоски припас. Пью сполна заветной горечи настой.

* * * Осенний холодок бодрящий В прозрачном воздухе разлит. Какой-то музыкой летящей Он кровь больную веселит.

То ветром память раздвигает, То вновь всю боль душевных ран Упрятать глубже помогает В клубящийся ночной туман.

И тают мира очертанья И череда знакомых лиц... И остается трепетанье Души вне временных границ.

* * * Осенняя полночь листвою шуршит, Упавшей с небесных высот. Душа на ладонях Вселенной дрожит От вечных, жестоких красот.

От горя сгибается жизнь пополам, Сквозь слезы ей светит звезда. И ветер сметает с души твоей хлам, Сметает пустые года.

Немыслимый блеск бесконечных миров, И памяти призрачный свет Тебя увлекают в бессмертие слов, В котором отчаянья нет.

* * * Осень золотится за окном. Звезды рассыпаются огнем

По небу. Я дрожу над каждою строкой. Я иду с высокою тоской

Где не был.

И воспоминаний череда Падает мне в сердце как всегда

И в душу. В вечность ускользают времена. Нет меня...Я все уже сполна

Разрушил.

Но осень золотится за окном. Жизнь летит давно забытым сном

По небу. Я дрожу над каждою строкой. И иду с высокою тоской

Где не был.

* * * Осень на пороге, Дождик на стекле, На моей дороге, И в полночной мгле. Капли бьются чаще, И хотят сказать: "Торопись, пропащий, Вечность отыскать."

Гаснут грезы скоро, Гаснут поутруЯ свои узоры Так легко сотру. Но из дней жестоких, Как из пустоты, Ливнем льются строки В чистые листы.

* * * Осень стелется туманом, Падает листвой под ноги. Тьмой, что наступает рано, Часто путает дороги.

Вечной радует печалью, Повторением сюжета, Суженной и темной далью, И вопросом без ответа.

В мире этом, как и прежде, Я безжалостно запутан... И в столетье без надежды Превращается минута.

* * * Осталась лишь одна декада, Одна декада теплых дней. Потом начало листопада, Потом поток ночных теней. Потом глубокий мрак без меры, И откровенья злого сна... И безнадежность светлой веры Тебе безжалостно видна.

* * * От глаз твоих мне ничего не надо, Я помню светлых дней святой порыв, Я помню наступленье листопада, И грусти, уносящей нас, мотив.

И время для меня тогда застыло, Я окружил себя холодным сном, А ты все дальше в вечность уходила, И небо тихо плакало дождем.

Пускай тоска в ночи моя награда. Не жаль того, что все давно прошло... От глаз твоих мне ничего не надо. Ведь я совсем один... и мне светло.

* * * От меня останутся лишь строчки, Да дороги сломанный узор. Все, что есть, уже дошло до точкиМой не потревожить больше взор.

Я растаял утренним туманом В холодах, осенним огоньком. Залечил устало свою рану, И забылся бесконечным сном.

Улетел отсюда в одночасье, Улетел далеким ветерком. Душу подхватило вдруг несчастье, Да так и не вернуло больше в дом.

Падают последние листочки, И теряет осень свой убор... От меня останутся лишь строчки, Да дороги порванный узор.

* * * Провожу в одиночество тысячи лет. Провожу в безнадежность стихи и дороги. Все равно, ведь Вселенная помнит немногих... И меня в этом списке заранее нет.