– Полковник вызывает Барта, – объявила Гленда Керри и отключила связь. Ни слов, ни времени Гленда понапрасну не тратила.

– Пошло-поехало… – снова вздохнул я. – Опять работа. И что на этот раз?..

– Какая-нибудь старая перечница потеряла собачонку, – вяло обронил Чик и снова углубился в изучение журнала.

Я прошагал по коридору к кабинету Парнелла, постучался и вошел.

Парнелл являл собой гиганта с мясистым загорелым лицом, маленькими проницательными глазками и тонкогубым ртом. Каждая черточка выдавала в нем закаленного в боях ветерана, и я, всякий раз представая перед шефом, с трудом сдерживался, чтобы не козырнуть ему.

Полковник сидел за столом. В кресле для посетителей напротив расположился грузный лысеющий мужчина с розовато-белым лицом и косматыми бровями; глаза его прятались за зелеными солнцезащитными очками.

– Барт Андерсон, – представил меня Парнелл. – Барт, это мистер Мел Палмер.

Толстяк с трудом приподнялся из глубокого кресла, чтобы пожать мне руку.

Макушка его лысеющей головы едва доходила мне до плеча. Я почувствовал внимательный, испытующий взгляд скрытых очками глаз.

– Андерсон один из лучших моих детективов, – продолжил Парнелл, когда толстяк вновь утонул в кресле. – Можете положиться на его умение соблюдать строгую конфиденциальность. – Жестом он предложил мне присесть и, когда я устроился в кресле, продолжил: – Агент и менеджер мистера Расса Хэмела. – Полковник сделал паузу, устремив свой фирменный тяжелый взгляд. – Тебе что-нибудь говорит имя Расс Хэмел?

Романов я не читаю, однако о Хэмеле был наслышан. Буквально на прошлой неделе я водил Берту на фильм по его роману. Не знаю, как его книги, но фильм паршивый.

– Еще бы, – ответил я с видом интеллектуала. – Продажи его книг в мягких обложках ведут счет на миллионы. На прошлой неделе смотрел фильм по его роману.

Мел Палмер просиял:

– На мой взгляд, мистер Хэмел из той же обоймы, что и Роббинс, и Шелдон…

Теперь мое лицо приняло благоговейное выражение, однако, вовремя заметив, что Парнелл сердито смотрит на меня, я принял обычный вид. Затем он перевел взгляд на Палмера.

– Так как, мистер Палмер, мне вводить Андерсона в курс дела? Вы приняли решение начать расследование?

Палмер поморщился:

– Я-то не хочу никакого расследования, но этого требует мистер Хэмел… Да, приступайте.

Парнелл повернулся ко мне:

– Мистер Хэмел получает анонимные письма о своей жене. Ей двадцать пять, ему сорок девять. Ему начинает казаться, что он совершил ошибку, женившись на такой молодой женщине. Когда он погружен в работу, ему необходимо быть одному. А миссис Хэмел приходится развлекать себя самой. Согласно анонимкам, развлекается она с молодым человеком. Работа Хэмела сейчас на весьма ответственном этапе. – Он взглянул на Палмера. – Я все верно излагаю?

Палмер потер маленькие пухлые ручки:

– Да, необходимо добавить, что заключен контракт на экранизацию романа – на десять миллионов долларов, контракт на издание самого романа в мягкой обложке на миллион долларов плюс, разумеется, права на издание книги в других странах. Мистер Хэмел подписал все эти контракты, и книгу необходимо сдать через четыре месяца.

Я едва сдержался, чтобы не присвистнуть: бог ты мой, одиннадцать миллионов за книжонку! Не тем я занимаюсь!

Парнелл продолжил, обращаясь ко мне:

– Анонимки мешают мистеру Хэмелу сосредоточиться.

– Да он практически перестал писать! – едва не сорвался на крик Палмер. – Я ему говорю: эти письма шлет какой-то маньяк, не стоит обращать на них внимание. Если книга не выйдет в срок, киношники могут подать в суд. – Он всплеснул руками. – Мистер Хэмел же говорит, что не в состоянии продолжить работу над книгой до тех пор, пока не убедится, что в инсинуациях этого больного ни крупицы правды. Он хочет, чтобы за его женой последили.

«Вот скукотища-то, – подумал я. – Опять таскаться за чьей-то женой, часами торчать в машине, когда день за днем ничего не происходит, а потом вдруг что-то случается, но ты уже настолько одуревший от жары и скуки, что теряешь объект слежки». Я терпеть не мог такие задания.

– Не вопрос, – сказал Парнелл. – Для этого мы и существуем, мистер Палмер. Я с вами согласен: разумнее всего было бы мистеру Хэмелу показать эти письма жене, но, по вашим словам, он категорически против?

– Боюсь, что так. Он полагает, что это ее оскорбит. – Палмер беспокойно поерзал в кресле. – В общем, он хочет установить за ней наблюдение и каждую неделю получать от вас отчет.

– Он не доверяет жене?

– У мистера Хэмела был крайне неудачный опыт, вследствие которого он сделался недоверчивым. – Палмер нерешительно помялся, затем продолжил: – Нэнси его вторая жена. Три года назад он женился на женщине, которой тогда было столько же, сколько Нэнси сейчас. Та женщина считала, и, на мой взгляд, справедливо, что муж совсем не уделяет ей внимания. В общем, он застал ее с каким-то молодым плейбоем. В итоге – развод.

– Вы полагаете, она справедливо считала себя обделенной вниманием мужа? – придирчиво спросил Парнелл.

– Видите ли, когда мистер Хэмел пребывает в творческом процессе, он буквально изолирует себя от любых социальных контактов. Даже ланч велит подавать себе в кабинет. Для молодой, только что вышедшей замуж женщины такой порядок может показаться пыткой, вот первая жена и не выдержала…

На столе Парнелла зазвонил телефон. Он снял трубку, хмуро выслушал, проговорил в нее: «Хорошо, через десять минут» – и дал отбой. Поглядев на Палмера, полковник сказал: