Нам от Господа райские птички,

Наполняют заблудшие души.

Поменяйте скорее привычки,

Так клочка не оставите суши.

Но внимать непокорные будут,

Только там, где закрыты ворота.

И тогда они вспомнив забудут,

Не о них теперь эта забота.

– Ну что ты брат ко мне в такое время?

Я сплю еще, а ты нарушил сон.

Иль привело ко мне какое бремя?

И что там во дворце? Я слышу стон.

– Мне власть нужна, а ты стоишь меж нами,

Убить тебя я вынужден теперь…

И шум шагов, подковы с сапогами,

И настежь распахнулась с силой дверь.

Вошла толпа… И жаждет она крови,

Охрана перебита… Пустота.

И нож вошел… Он не услышал боли,

И свет погас, настала темнота.

– Убрать его… Скорей в других покоях,

Жена его и дети – порешить.

Вина подать на тех его настоях,

Мне жажду власти нужно утолить.

Слуга вбежал к ней в комнату без стука,

– Спешите госпожа за вами смерть.

Ваш муж убит с ним вечная разлука,

Но вам и им не дам я умереть.

Схватив детей, они ушли дворами,

Ночь так темна луна уже не та.

А там вдали стучали топорами,

И так сдавила сердце немота.

– Как можно так, они родные братья,

И разве власть достойная того?

Я шлю тебе бессильные проклятья,

Желаю смерти – больше ничего.

Рассвет пробил ночную дымку тени,

И луч упал обугленный к ногам.

Дрожит лицо, дрожат еще колени…

– Детей спасу, Вас не отдам врагам.

Скакали день… Пески печально воя,

След заметали – жизнь спасая им.

В четвертый день они нашли покоя,

Добравшись наконец к друзьям своим.

Костер горит и дым теряя силу,

То вверх летит, а то вдруг упадет.

Отца теперь не знает он могилу,

И что самих их в этом мире ждет.

Как жить в песках? Еще важнее выжить,

Такой урок он в детстве получил.

И боль свою он в сердце клятвой выжиг,

И с этой клятвой он всю жизнь прожил.

У костра обгоревшие угли,

Ночь бросаясь на искры тенями.

Здесь рождаются новые судьбы,

Загораясь другими огнями.

Гонят ветры суровые дали,

В лабиринтах теряются смыслы.

Там они человеками стали,

И людьми, что Аллахом укрыты.

И несёт вознесение разум,

Извещая дорожною пылью.

Никогда… Или все им и сразу,

Между будущим станут, и былью.

И взлетев на коня словно птица…

Конь суровый не знает закона.

На дыбы… Начинает крутиться,

И притихнет… От горького стона,

Покорённым склонясь головою,

Он судьбу доверяет другому.

Так и Заид взлетев над страною,

К возрождению правит живому.

И горят молчаливые свечи,

В тех лачугах рыбацкого счастья,

Ждал народ неминуемой встречи,

Бедуинского скрежет ненастья…

Отшумели суровые ветры,

И пески собираясь в барханы…

И один знал он только ответы,

Заживляя кровавые раны.

Нет любви если счастье отдельно…

И себя отделив от народа,

Грех большой совершишь… Безраздельно,

Там с людьми твоя будет свобода.

И клянясь пониманием сути,

В безнадежном стирании граней.

Сколько в пене морской ещё мути,

И что ждёт в той заре твоей ранней?

И песчаные бури летали,

Заметали что есть, и что будет.

Но другими они уже стали,

И свершения мир не забудет.

И Аллах помогал… Те же звёзды,

Поджигали на небе зарницы.

И все думали это лишь грёзы,

Пролистав наперед все страницы.

Наказан враг… Его разбита шайка,

И сам предстал к Аллаху он на суд.

Ни так крепка их оказалась спайка,

И жизнь сама ведь не щадит иуд.