И вновь магия окутала мое сознание молниеносно. Реальность перед глазами в одно мгновение исчезла, уступая место трем мгновениям. Трем ударам сердца. Солнце, палящее, жгучее. Варвары. Стрела пронзает сердце. И последнее, что вижу за спиной Изгнанника… Джералд?! Неужели он?!

Скоро. Совсем скоро они вернутся! И смерть настигнет Изгнанника совсем скоро!

Реальность нахлынула резко, вместе с внимательным, изучающим и насмешливым взглядом варвара. Но мое сердце ликовало. Надежда окрыляла и дарила долгожданную радость.

– Ты будешь сражаться с девушкой?
– заговорила, борясь с желанием нанести удар первой.
– Поднимешь руку на ту, что заведомо слабее тебя? Так поступают только трусы.

– А ты хочешь, чтобы я поступил с тобой так, как поступил бы воин с девушкой?!
– и в его взгляде появилось что-то злое, опасное.

Я знала, что случилось с девушками во дворце. И случается каждый раз, когда воины того пожелают и от ужаса у меня онемели пальцы, а кровь отхлынула от лица.

Он резко дернул меня за руку и силой поволок к нескольким измученным напуганным служанкам, пытающимся подстроиться под чуждый ритм и двигаться в танце. Получалось плохо. Но странно было бы ожидать от них хороших танцев.

– Раз уж так… - он толкнул меня на возвышение.
– Вспомни, что ты девушка - развлеки моих воинов. Говорят - ты прекрасно танцуешь… так танцуй!

Скоро, совсем скоро его жизнь оборвется. Но суждено ли мне дожить до этого дня? Но и терять мне уже, по сути, было нечего.

– Ты можешь лишить меня жизни, но я никогда не подчинюсь твоей воле.

Его губы снова изогнулись в усмешке. Такой, от которой мороз по коже пошел. Короткий кивок и… наступившую тишину пронзил женский крик. Взгляд устремился в толпу варваров и тут же выцепил хрупкую фигурку Хейди, зажатую в руках у стражника.

– Мне рассказывали, что господа в ваших землях ценят слуг и рабов, - заговорил он спокойно, вкрадчиво, но от того еще более пугающе.
– Вот мы и проверим, принцесса. Или ты выполнишь мою просьбу, или...

Это все игра. И сейчас этот Изгнанник возомнил себя богом...

Варвары, распаленные вином и желанием, двинулись в нашу сторону. И ничто их не сдерживало. За спиной послышались молитвы и всхлипы служанок. Хейди вся сжалась в грубых руках варвара, которые сминали и рвали нежную ткань платья. А следом в руках мужчины сверкнул нож.

– Унижать обездоленных и слабых ваш удел! – я прорычала, а затем рывком сдернула с себя накидку, намерено перетягивая всеобщее внимание. И мгновенно ощутила сотни липких взглядов. Никто не погибнет сегодня по моей вине. Я не доставлю варварам такого удовольствия.
– Я станцую!

Нужно лишь слушать музыку. Барабаны загрохотали громче, отбивая четкий ритм. Дикая тревожная незнакомая мелодия какого-то струнного инструмента переплеталась с этим боем.

И эта варварская музыка, чуждая слуху, гремела, била по ушам, пробиралась в самое сердце. Проникала под кожу, опьяняла, будто дурманила.

Дыхание перехватило. Сердце бешено колотилось в груди. Кровь бурлила по венам. Заставляла тело двигаться в бешеном ритме, выполнять хорошо отточенные движения. Раз за разом, секунда за секундой. Не обращая внимания на прилипшие ко лбу волосы, на жар, духоту и похотливые взгляды. Я вкладывала в каждое резкое движение всю свою боль, всю ненависть к этим захватчикам.

Взгляд скользил по многочисленным лицам и фигурам, заполнявшим обеденный зал. Обезумевшие варвары, возбужденные вином, кричали и отпускали похабные шуточки все громче. Не долго им осталось пировать!

Скоро. Совсем скоро всему этому придет конец.

– Хватит!
– внезапно рявкнул Изгнанник, заглушив и бой барабанов и гвалт, поднятый его людьми.

И действительно все стихло. Словно оглушило меня. Только всхлипы нескольких еще не спрятавшихся женщин разрывали эту тишину.

Замерла и перевела дыхание. Вскинула подбородок, глядя захватчику прямо в глаза. Что теперь? В его взгляде я видела пламя, и оно готово было испепелить меня прямо на месте.

– Бьерн, уведи ее, - бросил он через плечо, отвернувшись и словно потеряв ко мне всякий интерес.

Боги, неужели это все?

Хотя я прекрасно понимала, что сегодня все только началось…

Глава 3

Торем

В плошках масляных ламп танцевал огонь – неспокойный, трусливо вздрагивающий от каждого дуновения соленого бриза, врывающегося в открытое окно. Он вырывал такие же беспокойные, словно живые, тени на стенах королевских покоев. И эти тени завораживали своим танцем.

Тонкие женские пальцы скользили по груди воина, обрисовывая контуры мышц, пробегая по старым шрамам, обретенным еще юношей, едва получившим настоящий меч.