– Кайфоломщица. Как разворачивается этот ваш книжный шкаф?

– Надо включить скрытые светильники, потом пустить холодную воду в мойке. Потом выключить светильники, а за ними воду – именно в таком порядке.

– Все страньше и страньше, сказала Алиса.

Книжный шкаф затворился за нами и оказался дверью, выходящей на верхнюю площадку лестницы. Лестница была широкая, пологая, с надежными ступеньками, не узкими и не скользкими, с перилами по обе стороны – совсем не такая, какими обычно бывают лестницы в подвал, удобные разве для того, чтобы ломать ноги. Дити спускалась рядом со мной, держа меня за руку, как ребенок, ищущий у взрослого поддержки.

Комната была с прекрасным освещением, хорошей вентиляцией и ничуть не походила на подвал. Наши мужчины склонились над столом в дальнем ее конце и никак не прореагировали на наше появление. Я огляделась, ища машину времени, но ничего такого не обнаружила – по крайней мере ничего похожего на то, что я видела в фильме Джорджа Пэла и про что читала в книгах. Кругом стояло разнообразное оборудование. Сверлильный станок я опознала, токарный тоже, но все остальное выглядело совершенно незнакомым, хотя в целом обстановка недвусмысленно напоминала механическую мастерскую.

Мой муж заметил нас, встал и произнес:

– Добро пожаловать, дамы!

Зебби обернулся и строго сказал:

– Вы опоздали на занятия. Займите свободные места. Во время лекции не шептаться, вести записи. Завтра в восемь утра контрольный опрос. Если хотите о чем-нибудь спросить, поднимите руку и ждите, пока вас вызовут. Кто будет плохо себя вести, останется после уроков и будет мыть классные доски.

Дити показала ему язык и уселась, не произнеся ни слова. Я потрепала его по голове и шепнула ему на ушко кое-что непристойное. Потом поцеловала своего мужа и тоже села.

Мой муж продолжал прерванный разговор с Зебом:

– В результате у меня пропало еще несколько гироскопов.

Я подняла руку.

– Да, Хильда, – сказал мой муж. – Что, милая?

– В «Манки уордс» продаются «гиро топс» [23] – я куплю тебе сразу сто штук.

– Спасибо, дорогая моя, но это не те, что мне нужны. Их делают «Сперри», филиал «Дженерал фудз».

– Ну, так я куплю их у «Сперри».

– Шельма, – вмешался Зеб, – по-моему, тебе придется мыть не только доски, но и губки для мела.

– Погоди, сын. Давай-ка мы попробуем на Хильде, понятно я объясняю или нет, а то ведь это практически невозможно изложить без уравнений, которыми пользовался твой кузен Зебулон, а ты утверждаешь, будто эта математика тебе незнакома…

– Она мне действительно незнакома!

– …Но ее физическую интерпретацию ты превосходно усвоил. Вот и объясни Хильде суть дела. Если она поймет, то, наверное, окажется возможным построить такой континуумоход, что им сможет управлять человек без всякого технического образования.

– Ну конечно уж, – язвительно сказала я, – где уж мне, с опилками-то в голове. Я гожусь только на то, чтобы нажимать кнопки разных там телевизоров и головизоров, а куда при этом летят электроны, это заведомо выше моего понимания. Ну давай, Зебби, показывай, какой ты умный.

– Постараюсь, – охотно согласился он. – Только пожалуйста, Шельма: не болтай лишнего и не отвлекайся на другие темы. А то я попрошу папу тебя побить.

– Он не посмеет! Пусть только попробует!

– Ах не посмеет? Тогда я подарю ему на свадьбу кнут – это в дополнение к «Таинственным историям». Джейк, «Истории» ты тоже получишь. Но кнут тебе необходим. Напряги внимание, Шельма.

– Напрягла, Зебби. А ты напряги вдвойне.

– Ты знаешь, что такое «прецессия»?

– Разумеется. Предварение равноденствий. Это значит, что Вега станет Полярной звездой, когда я стану прабабушкой. Через тридцать тысяч лет или около того.

– По существу правильно. Но ты пока даже еще не мама.

– Ты не знаешь, что произошло сегодня ночью. Теперь я будущая мама. И Джейкоб не посмеет подойти ко мне с кнутом.

Мой муж явно удивился, но, похоже, обрадовался – а я почувствовала облегчение. Зебби взглянул на свою жену. Дити торжественно сказала:

– Это вполне возможно, Зебадия. Мы обе не принимали контрацептивов, и у нас обеих овуляция – или уже, или вот-вот. У Хильды группа крови В резус-положительная, у отца АВ положительная. У меня А положительная. Могу ли я узнать, какая группа у вас, сэр?

– Ноль, положительная. Да… Не исключено, что я подбил тебя первым же залпом.

– Весьма вероятно. Но… скажи, положительно ли ты к этому относишься?

– Положительно? – Зебби встал со стула, отшвырнув его. – Принцесса, вы не могли бы подарить мне большего счастья! Джейк! За это нужно поднять бокалы!