То ли впрямь с Ванюшкой чудо

Приключилось? Видно трёпка

Поправляет дурня ловко.

Лезь почаще под кулак,

Даром вылечим, за так!

А ну братья хохотать,

Да ногами топотать.

Дым со ртов валит, с ноздрей.

У Тараса – аж с ушей.

Кашляют до посиненья,

Смех их душит, иль куренье.

И никак невмочь уняться,

Над Иваном насмеяться.

2

Вот сменились времена.

У кормильца-хлебороба,

Надсадилася хвороба –

Рано "крякнула" жена.

Уж пардон за предложенье!

Это птичье выраженье

Стал использовать народ,

Как обычной оборот.

Потому тут – хошь аль нет, –

А используй сей предмет.

Сленг ведь тоже никотин,

В речь приходит не один –

С кружкой пива, с табаком,

Под "Столичную" с братком.

А в деревне – под сивушку,

Под ядрёную частушку…

Вот и я таких слов'oв

Поднабрался от братков.

Вот Иван с печи глядит,

И с обидой говорит:

– Хоть и умные вы братья,

Да отшибли вам понятья

Самогон и самосад,

И смеётесь невпопад.

Тут отец, седой старик,

Вновь с полатей говорит, –

Не готовясь к выступленьям,

Слово взял для поясненья.

Говорит отец, сипя:

– Слышал я про те края.

Батька как-то раз гутарил,

Коль не врал, то правду баял.

Мол, за дальними горами

И за синими морями

Есть совсем другой народ,

По-другому он живёт.

И, мол, там на человека

Всем положено два века, –

То есть наших жизней две,

Хоть в деревне, хоть в Москве.

Даже есть такие старцы, –

Нам за ними не угнаться, –

Больше сотни лет живут,

Славу Богу воздают. –

Тут закашлялся старик

И совсем за печкой сник.

– Вот уж невидаль, дивуха… –

Зачесал Тарас за ухом.

– Да чего с отца возьмёшь?

Старый стал: где явь, где ложь?

Он теперя, коль соврёт,

Так не дорого возьмёт. –

Усмехнулся брат Самсон, –

Блин, отключён телефон,

Нам сюда б трубу-подзор –

Хоть какой-то был обзор,

А не то с амбарной крыши

Видно только косогор.

– Ты глазёнки-то протри,

В телевизер посмотри.

Видеть в нём программы можешь

Не одну, а целых три!

НТВ, ОРТ, ТеВи –

Клацай тумблером 1 , смотри.

– Погоди ешшо чуток,

Под вечор приму четок,

Там прицеп, другой к нему,

Вот тогда и глюкону!

А иначе я каналы

И программы не пойму.

Лет уж семь на нём танцуют

Мухи, мошки, комары,

И, когда за ним глюкую –

Вижу разные миры…

– Глянь, какой он просвещённый.

То-то кажется порой,

Что ты член какой учёный

С Академии какой…

– Ладно вам. Вопрос сурьёзный,

А они про глюки-звёзды… –

Усмехнулся брат Иван,

Упреждая их скандал.

И за батьку заступился:

– Он конечно изменился.

И что бредит он порой –

Это верно, слаб мозгой.

Да и то сказать, попей-ка

Столько лет её, злодейку.

Покури столь лет подряд

Мох сушёный, самосад, –

Будешь, лет так к сорока,

Походить на старика.

– Ну, а как нам жить иначе?

Если пьём – и стар и младше.

А табак, ту ж никотинку,

Мы всосали пуповинкой:

Мать курила – мы курили,

Мать пила – и мы с ней пили.

Зачесался мамкин нос –

Мы уж чуяли прогноз:

Будет штиль али цунами, –

Кайф для нас, лафа для мамы.

В нас заложено чутьё

До рожденья на питьё! –

Гордо старший брат вещает.

И Самсон тут добавляет:

– Так что, стоит если где-то

Зачадить – мы нос по ветру.

Нюх похлеще, чем у волка,

Где курится самогонка.

– Потому-то мы все трое,