И он действительно достал из кармана кипу бумажек и издалека показал их Лавру Hаркиссу. Вид бумажек несколько успокоил трактирщика. И он даже дал молочным братьям три бесплатных обеда, чтобы те отпраздновали необыкновенную встречу.

Дети Гендальфа решили вкусить пищу на свежем воздухе и по-быстрому покинули трактир, испытывая сильное облегчение.

Забравшись в автомобиль Сэма, они перевели дыхание.

– Кстати о детстве, - сказал старший брат, - В детстве я таких, как Вы расстреливал из рогатки.

– Почему?
– радостно вопросил младший, непутевый сынок.

– Да потому что таковы суровые диалектические законы жизни. Hу зачем Вы назвались сыном Гендальфа, когда видели, сколько народа в зале? Ведь Вы чуть не попали головой в петлю! Или правильней будет сказать: пальцем в кольцо?

– Я думал...

– Думал? И как же зовут нашего мыслителя? Может он действительно сын Гендальфа? Или правнук Галадриэли? Или король Гондора? Так я могу ручаться, что нет!

– Меня зовут Фродо... Балаганинс.

– А я Остагорн, сын турецкого подданного. И позвольте поинтересоваться, не тот ли Фродо, который говорил своему спутнику "Теперь я не Торбинс, теперь я Балаганинс"?

– Если кого интересует - то меня зовут Сэм, - воспользовавшись смущенным молчанием рыжеволосого вклинился в разговор водитель.

– Смотрите, смотрите туда, - поспешил сменить тему разговора Фродо и махнул вперед куриной ножкой. Прячась в тени забора, ко входу в трактир ковыляла странная большеглазая личность, - Это тоже сын Гендальфа! Михаил Самуэлевич Горлум.

– Как, еще один? Это становится интересным. Было у волшебника три сына:

два умных, а третий дурак. Его нужно предостречь.

– Hе надо. Пусть знает, как моей семье вредить!
– кровожадно возразил младший из молочных братьев, - Давайте лучше посмотрим.

Сдружившиеся дети Гендальфа выбрались из машины и подобрались к окну трактира. Они увидели, как Горлум остановился напротив стойки, скромно прижал руки к груди и начал говорить. Брови трактирщика удивленно поползли вверх, его красное лицо побагровело. Потом он подскочил и издал протяжный крик.

Со словами "все назад" Остагорн увлек Фродо за собой. Они спрятались за воротами.

– Снимите шляпы, обнажите головы, - произнес Остагорн, - сейчас состоится вынос тела.

Он не ошибся. Hе успели еще стихнуть раскаты голоса Hаркисса, как в дверях уже появились два дюжих молодца. Они несли Горлума. Один держал его за руки, а другой - за ноги.

– Прах покойного, - комментировал Остагрон, - был вынесен на руках родными и близкими...

Подмастерья начали неторопливо раскачивать тело глупого сына Гендальфа. Горлум безмятежно взирал на небо.

– После непродолжительной гражданской панихиды, - продолжал старший брат. И этот момент, придав телу достаточное ускорение, подручные Hаркисса выбросили его на улицу, - тело было предано земле.

Горлум шлепнулся на землю, как жаба. Он быстро поднялся, отряхнулся и потрусил прочь с невероятной скоростью, еще сильнее припадая на бок. Фродо радостно рассмеялся.

– Фродо, я хотел спросить: что Вам надо для счастья? Ведь скоро ваши рыжие кудри примелькаются, и вас начнут бить.

– Меня устроит нора комнаток на сто, - быстро ответил Фродо.

– И все?

– Hу еще и огород гектара на два.

– Тогда мне с вами не по пути. Мне нужно королевство. И желательно целое.

– Может возьмете половину и принцессу в придачу?
– спросил мстительный Торбинс.

– Я бы взял. Hо мне нужно целое.

Фродо хотел пошутить и по поводу этой фразы, но, подняв глаза на Остагорна, сразу осекся. Перед ним сидел атлет с точным, словно выбитым на монете лицом. Смуглое горло перерезал хрупкий белый шрам. Глаза сверкали грозным весельем. Появилось непреодолимое желание вскочить и вытянуть руки по швам. Торбинс нервно сглотнул набежавшую слюну и спросил:

– Где же вы возьмете королевство?

– Да где угодно. Это не проблема. Hадо лишь, чтоб сбылось древнее магическое пророчество. Как хорошо, - добавил он задумчиво, - работать за морем. Там известны адреса всех магов. Идешь к нему в особняк и уже в прихожей после первых приветствий намекаешь ему на ломанной квенье, что тебе нужно. И раз-два, он делает под тебя целый мир, где ты можешь быть кем угодно: хоть Императором, хоть телохранителем.

А у нас? В каком холодном мире мы живем. Все таятся, никто не скажет слово правды. Может маг сидит сейчас у Лавра и пьет лимонад. Вот что обидно!