С другой стороны, все что-то скрывают, даже от самых близких… Стоит ли лезть в это глубже?

Смешно, нас сочли супружеской парой и, разумеется, разместили в одной комнате. Всякое бывало в нашей жизни, всё-таки больше двадцати лет дружим, помнится, и в одном спальном мешке пришлось спать как-то. Но вот отчего-то никогда и мысли не возникало о каком-то сексуальном подтексте. Может, зря?

Нет, к Тёмному. Не надо нам портить отличные отношения этой путаницей. Вернёмся лучше к делу.

Гости… Гости непростые, и мне бы очень хотелось знать имеют ли они отношение к продаже? Адвокат, например. Или кузен?»

Тут на соседней кровати зашевелился напарник, и Лена быстро захлопнула дневник.

Утро выдалось серое. Дождь закончился, и на Снигири лёг туман, густой, словно разбавленное молоко. Сквозь него с трудом можно было разглядеть тёмные пирамиды елей, отгораживающих огороды и прочие хозяйственные службы. Потянувшись, Елена раздёрнула шторы на окнах и посмотрела вниз.

– Андрей, – сказала она хрипло. – Подойди сюда, скореее.

– Ленка, я сплю ещё… – пробормотал он из-под одеяла.

– Иди сюда!

Она смотрела вниз, не отрываясь. Увы, картинка не менялась: серый подтаявший сугроб и на нём – раскинувшая руки женская фигура лицом вниз. Возле головы женщины темнело нехорошее пятно…

– Кто это? – спросил Андрей за её спиной.

– Как ты догадываешься, я пока не имела возможности посмотреть вблизи. Можно предположить… Спортивная фигура, довольно высокая, в джинсах, значит, или Маркова, или Стелла. Лиана совсем тростиночка, а Софья Яковлевна поменьше и покруглее. Впрочем, в таком ракурсе…

– Понятно. Давай, одеваемся по-быстрому, зубы чистить будем позже. Я иду будить Вадима, а ты вниз, чтобы никто не кинулся хватать руками и оставлять следы.

– Зубы я всё-таки сейчас почищу, – пробормотала Лена. – По-быстрому, ха! Потом точно никто такой возможности не даст.

Спешно натянув джинсы и свитер, она слетела по лестнице в прихожую, впрыгнула в валенки и шубу. Потом огляделась, открыла дверь кладовки и взяла оттуда швабру.

Дом пока только просыпался. Вот кто-то протопал наверху по коридору, судя по тяжёлой походке, Корнелий пошёл умываться. Вот потянуло с кухни свежим хлебом… Лена задумалась: может, сходить и предупредить Наталью Петровну? Потом решительно качнула головой, потянула на себя входную дверь и вышла на обледенелое крыльцо.

– Скажешь ей про труп, она в обморок хлопнется, а пока я буду ею заниматься, кто-нибудь в окно глянет и увидит. Нет уж, варит кашу, вот пусть и не отвлекается…

Она обошла дом и, осторожно ступая, подошла к телу.

Женщина лежала так, что с этой стороны виден был только затылок. Подтаявшие остатки снега, ледяная каша, лужа стылой воды. «Видимых следов, конечно, никаких нет, – подумала она Лена. – Магические… даже если и были, вода смывает всё. Разве что микроследы в ране найдут?».

Медленно, держась на расстоянии, она стала обходить эту жутковатую инсталляцию. Наконец, стало видно лицо; глаза приоткрыты, на виске виднеется гематома. «Стелла… Удар в висок и мгновенная смерть. А кровь на затылке откуда? – привычный взгляд фиксировал детали, пока ни за что не зацепляясь. – Художник с ней вчера ссорился, так что же, дошло до убийства? Я слышала только что, как Корнелий шёл в ванную, только у него такая тяжелая и неровная походка. Вчера убил женщину, почти жену, выкинул тело в окно, а с утра, как ни в чём ни бывало, отправился чистить зубы?». Она подняла взгляд: вон те два окна слева – их комната, следующие два – комната адвоката, а прямо над телом… двойной ширины переплёт и эркер. Кого же там разместили?

Так, стоп. Вчера Стелла и Корнелий заходили в дверь напротив, то есть, их окна вообще выходят на другую сторону, на парадный подъезд!

– Матерь Великая, да что ж это такое? – раздался горестный вскрик за спиной у Елены.

– Это труп, Вадим, – ответила она, поворачиваясь. – Вы вызвали стражников?

– Что? – хозяин дома смотрел растерянно, словно не понимая вопроса.

Андрей за его спиной кивнул.

– Да, вызвали, – сказал он. – Надо, наверное, как-то огородить это?

– Я хотела хотя бы начертить круг, – Лена кивнула на брошенную в сторону швабру. – Но ты сам видишь, по льду много не начертишь. Придётся тут стоять, сейчас ведь все прибегут…

И в самом деле, не прошло и десяти минут, как все гости столпились, удерживаемые Андреем на расстоянии пары метров. Взгляд Елены скользил по фигурам и лицам, отмечая реакцию.

Вот Корнелий упал на колени прямо в ледяную лужу, согнулся, схватившись за голову.

Лиана вскрикнула и спрятала лицо на плече Юрия Тороканова. Они что, знакомы? Или это был первый, кто оказался рядом?