Радовал меня только Роланд. Он всегда вежливо отвечал на мое приветствие и даже почти запомнил, как меня зовут — только пару раз назвал меня Роксоланой. Но я решила, что Роксолана — красивое и романтичное имя, поэтому все в порядке.

С августа должен был начаться отпуск, и я ждала его, как девятнадцатилетняя девушка ждет критических дней после бурной ночи.

Во всем этом был один положительный момент: сыграли роль нервы или безбожная жара, но мой вес снизился до шестидесяти. Я даже не могла припомнить, когда я столько весила. Может, в десятилетнем возрасте. Конечно, мне было еще далеко до заветной цели в пятьдесят килограммов, но я чувствовала себя менее отвратительной.

Решившись продемонстрировать свою фигуру и заодно поднять себе настроение, я даже купила желтый с зелеными листочками купальник и съездила на городскую набережную. На пляже народу было больше, чем капель воды в Волге, и на меня сразу наорали, что я хожу тут и брызжу песком. В итоге мне удалось примоститься на крошечном пятачке, скрючившись в три погибели. Загорать так было невозможно. Тогда я решила искупаться, нырнула, под водой кто-то ударил меня пяткой и, выныривая, я проглотила бычок. Кашляя, я пролила столько слез, что река стала соленой.

На пути домой, трясясь в душной маршрутке, я мечтала об Испании, Греции и Египте, но мечты эти были горькие, как хина, потому что мои финансовые возможности не позволяли мне добраться даже до Украины. Да еще хозяйка квартиры недавно намекнула, что повысит оплату…

Эрик работал. Он помогал делать игру американцам из Техаса, много и часто говорил по-английски, и, когда ему приходилось снова переходить на русский, не сразу перестраиваясь, звучал как-то неуверенно. С наступлением сумерек он устраивал себе перерыв и звал меня на улицу проветриться. Если бы не эти встречи, я бы совершенно точно свихнулась и покончила бы с собой, включив духовку на кухне и доведя свой организм до летального перегрева.

— Как ты умудрился связаться с техасцами? — спросила я его на очередной встрече.

На Эрике была футболка с изображением знаменитого водопроводчика Марио из старой игры на Денди — Марио пожирал гриб, щурясь от удовольствия. Светлые волосы Эрика торчали как иглы дикобраза, и я не была уверена, что за последнюю неделю он хотя бы раз поинтересовался, где в его доме расческа.

— Да познакомился с одним на западном форуме программеров, он меня и подключил к делу.

— А о чем игра?

— Девочка приходит в школу и обнаруживает, что ее одноклассники и вся школа в полном составе превратились в зомби. Далее она пытается успокоить их с помощью тесака, обломка ржавой трубы, бензопилы и дробовика, случайно оставленных кем-то на территории школы. В финале выясняется, что она всех перебила, находясь в состоянии токсического психоза, вызванного химическим загрязнением воды в близлежащем озере.

— Какой отвратительный сюжет.

— Да уж лучше, чем в «Фаренгейте»[1]. Ты не понимаешь. Это будет высококачественная третьесортная игра.

Мы бесцельно слонялись по улицам, и я беспрерывно исходила нытьем. Другой бы уже сменил замок и перестал откликаться на собственное имя, а то и вовсе переехал бы на Гоа, но Эрик привык относиться ко всему легко, и бациллы моего уныния на него не действовали. Он считал, что я должна уволиться, но летом работодатели разъехались в волшебные края, и с вакансиями было глухо. Эрик даже предложил помочь мне деньгами, но я только недовольно дернула плечом. В тридцать лет финансово зависеть от недавнего школьника — разве это не признание жизненного краха?

Стеная и вопия, я дожила до последнего четверга июля и возрадовалась, что еще один день в аду, и отпуск, являющийся мне в розовых грезах, станет реальностью. Я намеревалась поделиться радостной вестью с Эриком, но тут в дверь поскреблись и в квартиру вошел Деструктор.

— У папы аврал. Он опасается, что ты повесишься на люстре, и поэтому прислал меня составить тебе компанию. Наверное, мы должны изобразить радость, но я предлагаю воздержаться и признать, что мы ненавидим друг друга.

— Я тебя не ненавижу.

— Просто подожди немного.

— Что Эрик пообещал тебе за твое милосердие?

— Деньги на Mass Effect 2. Теперь эта игра обязана оказаться гениальной. Или получится, как если бы я продал почку за IPad — ну, знаешь, один китаец так сделал. А потом потерял бы его в трамвае.

— Не преувеличивай. Провести со мной вечер и отдать почку — не одно и то же.

— Тогда напомню тебе, что нервные клетки плохо восстанавливаются, — Деструктор прошел в комнату и сел на диван. Он напоминал странную версию Эрика — меньшую по размеру и сочащуюся ядом. Но я заметила его скованность. Уверена, на предложение Эрика он согласился далеко не сразу.