Я захныкала.

— Сейчас-то мне что делать?

— Секунду, — Диана исчезла, оставив меня в одиночестве, туалете и ужасе, и вернулась с иголкой и ниткой. — Повернись ко мне спиной.

— Ай-яй! — взвизгнула я, когда она ткнула меня иглой. — Больно!

— Ну прости, я впервые этим занимаюсь, — буркнула Диана.

Ее одежду латают ее японские слуги, не иначе.

— Вообще?

— В смысле, с другой женщиной. Да еще и в туалете.

— Не тыкай так грубо!

— Если хочешь нежности, это не ко мне.

Кто-то кашлянул за тонкой перегородкой.

Вывалившись наружу, мы увидели нашу пожилую бухгалтершу, одетую в зеленый, диванной раскраски костюм. Сквозь толстые стекла очков она взирала на нас с явным осуждением. Диана и ухом не повела, удаляясь величаво, как крейсер. Что-то пробормотав, я бросилась прочь.

Казалось бы, мне еще долго выплакивать мой позор, но на столе меня ждала записка, извещающая, что меня ожидает Ярослав Борисович, и меня зашвырнуло в эйфорию, потом в панику, потом снова в эйфорию.

— Полегче, — покосилась на меня Диана. — У тебя дым из ушей пошел.

Если бы Диана могла понять! Я была обречена на неразделенную страсть к Ярославу Борисовичу со дня собеседования на должность, когда, наконец приглашенная в кабинет после часа ожидания под дверью, впервые остолбенела под взглядом серых, как осеннее море, холодных глаз… Заурядные имя и отчество не были достойны его внешности. Это был невероятно красивый мужчина. Подобно солнцу, он затмевал все остальные звезды. Брэд Питт, Орландо Блум и Леонардо Ди Каприо рядом с ним выглядели бы как дешевые китайские подделки. Солнцеликий равнодушно глянул на меня, задал несколько вопросов, почти не слушая ответов, и резюмировал: «Против вашей кандидатуры у меня возражений нет». К тому моменту я уже была согласна на все, что касается его кандидатуры. Мысленно я сразу начала называть его Роланд и не могла даже представить, что мама этого человека обращается к нему, например, Ярик.

И вот сегодня, в мой день рождения, он вдруг вызывает меня… С гулко стучащим сердцем я достала из сумки зеркальце и посмотрела на себя. Поправила свои каштановые волосы, привычно сокрушаясь, что не родилась эффектной блондинкой (хотя сколько из них такими родились?). Припудрила нос. Эх, помаду всю съела, срочно обновить! Наткнувшись в сумке на невскрытый тюбик ярко-красной, которую приобрела давным-давно, когда «Гламур» сказал, что это в моде, я, расхорохорившись, намазала ею губы.

Мои руки слегка дрожали, когда я постучала в дверь, но я не сомневалась, что прекрасна как никогда, во всяком случае, выгляжу лучше обычного (надеюсь, Диана сказала правду, что шов почти незаметен).

— Войдите, — услышала я голос Роланда.

Входя, я споткнулась о порог и попыталась компенсировать неловкость улыбкой.

— Садитесь, — предложил Роланд.

— Здравствуйте, — я примостилась на краешке стула, стараясь краснеть меньше, и украдкой посмотрела на Роланда. Губы его были сосредоточенно сжаты, взгляд мог заморозить стакан воды за двадцать секунд, и мне показалось, что я пастушка-простушка, пришедшая на прием к лорду, или вроде того.

— Вы… — он заглянул в свои бумаги, предоставив мне возможность полюбоваться его безупречным прямым носом.

— София, — услужливо подсказала я.

— София. И работаете в нашей компании уже… уже?

— Пять лет.

— Точно, пять лет, — он нашел нужный листок. — Вы пришли в «Синерджи» на должность ассистента отдела по подбору персонала и в настоящее время занимаете ту же должность.

— Да, — печально подтвердила я. Все-таки пять лет проходить в ассистентках это унизительно.

Роланд неопределенно хмыкнул. Свет, просачивающийся сквозь жалюзи, добавлял его волосам серебристый блеск. Этот роскошный мужчина мог бы быть капитаном, стоящим у штурвала корабля, отправляющегося на поиск сокровищ. Он мог бы быть красивым разбойником, который спасает леди, а потом оказывается потерянным герцогом. Или он мог бы быть герцогом, который потом оказывается разбойником, который потом оказывается наследным принцем. Даже Джоанна Линдсей, явно предпочитающая перекаченных волосатиков, его бы одобрила.

— Мы, то есть руководство компании, планируем реорганизацию отдела подбора персонала с целью улучшения качества его работы. Первые изменения ждут вас уже в понедельник. Можете предупредить коллег.

Замерев, я ждала его следующих слов. Взгляд пронзительных, серых, как сталь, глаз, на миг столкнулся с моими глазами, затем опустился ниже и замер на моих губах… Я почувствовала, как меня охватывает жар…

— Помада, — сказал Роланд.

— Помада? — я захлопала глазами от неожиданности.

— Она слишком яркая. Это непозволительно.

— Простите… извините, — я суетливо провела по губам ладонью, желая провалиться сквозь землю.

Роланд продолжил медитировать на свои бумаги.

— Проанализировав продуктивность каждого в отделе, я пришел к выводу, что ваши персональные результаты не превышают уровня «удовлетворительно». Но от реорганизованного отдела я буду требовать большего. Это означает, что, если вы не повысите свою эффективность как минимум в два раза, вам придется оставить компанию.