Ступеньки. Стихи

Каждый чувствовал хоть раз в жизни, что словно "топчется" на месте.
Часто это ощущение может быть вызвано эмоциональными переживаниями или проблемами со здоровьем. Как бы там ни было, в такие моменты хочется что-то менять, расти над собой или просто идти вверх по "ступенькам", к своим идеалам или мечте.

1Когда ничем не обозначенныйтвой путьстрадает кривизной и внедорожьем,термометра заниженная ртутьнапомнит показаньем о безбожьи.Укутать покрасневшее лицоне от стыда, а холода и стужи?Вступить, когда найдёшь своё крыльцо,в реальность, перевёрнутую в луже?Всё ж лучше видеть холод из окна,сочувствовать редеющим прохожим.Но как же быть, когда убитая веснавоскреснуть в сердце заново не может?2Жизнь кончится не на отметке ноль.При минус сорока она способнапринять обморожение и больв краях, где всё кругом неплодородно…Где снегом застят без того уж белый свет,и нет чего-либо острее бритв метели…Жизнь кончится, но не от снега, нет,а от того, что неизвестен день недели.3Приняв судьбу за летоисчисление,мы можем бесконечно отмечатьлюбые дни, тем более – рождения,не зная, что такое умирать.Планируя сегодня или завтра,ведь, как известно, жизнь – это игра,любой актёр, любого из театров,согреется огнём, что даст искра.4Шагая в неминуемую осень,считая дни в преддверии зимы,напомни, что Земля имеет оси,всегда касаясь света или тьмы.Планеты жизнь за гранью очевидна,она в известной степени проста —где Свет, там вечно лето безобидно,а есть навеки снежные места. Художник видит смысл бытияв надорванности каждого мгновения.На площади вокзальной есть скамья,вокруг неё путей пересечение.Вокруг неё надежды и любовь,тоска по дому, боль и ожидания.И не смотря на то, что есть с метлойслужитель чистоты, идут свидания.В руках цветы, а лепестки на лужах,примёрзшие к поверхности воды,когда период наступает стужи,сменивший жизнерадостный и южный,циклон времён, когда наступят льды.Скамья, скамья, о как способно время,что перед ним ничтожны мы с тобой.Твой год – эпоха, где швырялись темикто мог в стране вести бы за собой.И здесь они роняли табакеркуи пепел обрывался в никуда,напоминая, что на башне стрелкикак проводник возмездия суда.Скамейка, твои рёбра не трещаликогда кончалась чья-нибудь судьба.Стоишь одна на площади вокзальной –безвольная, потёртая раба. Мелодия скрипучести дверизастыла между «ля минор» и выше.И только птицы (вроде снегири)сидели на деревьях возле крыши…Нет вечного в причастности мгновения,потерянного в снеге… Он блеститпод лунностью морозного свеченияи блеском этим память бередит…Быть может так, что никуда не деться,когда между домами, как меж плит,больное сердце, словно эта дверца,протяжно и столь трепетно скрипит. ***С верхней полки виднелся портрет,освещённый заката лучами,приглашёнными в стенный квартетразукрасить обойный орнамент.Пограничное между "сейчас"и покинутым некогда детством,пережитым в линейный каркаси морально-опорное средство.Воздух пахнет зимою и дымкой —результатом диффузии нотснега белого, льда, и снежинкидополняют окна натюрморт.Полоса занавесок танцуетпод невидимый ветреный вальс.Взгляд с портрета всё так же волнует.Свет заката на стенах погас…***Стынет время в песочной воронке,но стучат стрелки тех, что на полке.Ритм сердца не чувствую стоя.Как бездонны без красок обои.Всё по сути имеет гражданство,восприятие или пространство.Манит снег чистотой. Ветер дует.Всё что временно – вечно волнует.Нет, прощай, день сегодняшний. Завтрапостучит сценарист из театра.Мир знакомый окажется нов.Мир большой, где есть каждому кров.Сколько сил порастрачено всуе.Вечер алые зори рисует.И они акварелью распятына небесной густеющей вате. Должно быть, у девчонок нынче модакидаться на блестящее стекло,предпочитая ценности породы,пустышек милый облик, барахло…Конечно, есть наивные чудачки,хранящие и верность, и тепло.С такими – крайне редко, не иначе -кому-то повстречаться повезло.И от того их видеть постояннопарням хорошим, знать, не суждено,что лезут на показ, как будто рьяно,другие, кто с пороком заодно.Повсюду – с эпидемией сравнимо -всё популярней пошлость и разврат.И, кажется, пройти б скорее мимо,когда словами грязными сорят.А самое обидное, что этодаёт и популярность, и «успех»у девочек, что рождены для света,не для банальных игр и потех!Но было бы не так совсем печально,когда б среди парней ценились честность,надёжность, доброта и пунктуальность,а не «брутальность», бородатость, дерзость.Должно быть, у девчонок нынче модакидаться на блестящее стекло.Да и ребят, к несчастью, год за годомвсё дальше от достоинств унесло…Но хорошо, что есть ещё такие,что ценят хрупкость девичьих сердец.Стремящихся не к модной индустрии,а к чистоте кристаллов и Небес… Во тьме невидимо густеетчудесный лес спокойных снов.Ночь, наступая, августеетподлунным сумерком миров.И не пугает, и волнует.Загадка лирикой полна.Не перемены ветер дует -то Жизни новая волна…Всего, что искренне желаем,того, чем Истина полна,мы каждый август ожидаеми силы черпаем со дна… Мир был без нас старательней и чище.За мысом восходил бессмертный диски заходил, как алое кострище,на волнах оставляя обелиск.Всё было в нём гармонией объятоот маленьких жучков до облаков.Природа говорила будто внятно,что мир для человечества готов.В век двадцать первый и двадцатый годя заявляю, что намного лучше,когда за мысом каждый день восход,чем люди, загрязняющие сушу. Уже вечерние закончились дела,до срока отошли дневные планы.Вот ночь из чресел словно родиласветило в поднебесные туманы.Дни к осени короче, и к томунас приготовят ветреные спорыбесцельные, что раньше никомуне довелось-таки продвинуть горывеликого начала всех времён,всех паводковых вод и их зимовок.Жаль, человек настолько не смышлён,насколько перед Богом он ребёнок…