Шрифт:
Позволяю себя поцеловать, а затем отхожу на шаг, и с сомнением спрашиваю:
– Они точно необходимы? Мне и от этих-то таблеток плохо… да и лучше мне уже!
– Тебе не лучше, поверь, – обрывает меня Лев. – Кто из нас двоих психиатр? Не спорь со мной, милая! Я каждую неделю должен подавать отчет о твоем состоянии, и мне придется написать об ухудшении твоего состояния, и тогда…
Меня отстранят. Держат-то из жалости, все надеясь, что наш психотерапевт мне поможет: разговорами ли по душам, таблетками… поцелуями?
Лев, конечно, странный психотерапевт. Но помогает ведь, а значит… пусть!
– Я приду, – киваю я, и почти бегу в архив.
Привычная работа, привычная рутина – все, как всегда.
Младший лейтенант юстиции Следственного комитета Маргарита Вереш… а по факту обычный секретарь. Разве что кофе не подношу следователям.
– Еще какие-нибудь поручения будут? – интересуюсь я, вручая стершему следователю нужные бумаги. – Может, нужна помощь в расследовании? Я справлюсь!
– Конечно, справишься, – Ярослав Михайлович меня будто и не слышит, листая принесенные мною документы. – Но не сейчас. Позже, Маргарита. А сейчас можешь идти на обед, и, если тебе не в тягость – принеси кофе на наш отдел.
С трудом сдерживаю смех – вот оно!
Приплыли, что называется!
Выхожу из здания СК и, стуча металлическими набойками по не предназначенной для каблуков чуть скользкой брусчатке, направляюсь в ближайшую кофейню. Вернее, пытаюсь, но меня неожиданно сбивают с ног, и я падаю, поскальзываясь. Рефлекторно пытаюсь придержать сумочку, в кармане которой лежит хрупкий телефон. Но обнаруживаю, что ее… нет!
Зато есть убегающий парень.
Вор!
Пытаюсь встать, понимая, что не догоню. Не на каблуках… но помощь приходит неожиданно — неужели этот день станет приятным исключением из череды неудачных будней?
Молодой, до одури красивый темноволосый мужчина резко хватает воришку и вырывает мою сумочку из его рук. Дает оболтусу оплеуху и, белозубо улыбается, держа мой синий ридикюль на указательном пальце, покачивая им, словно маятником.
Как загипнотизированная смотрю, как он приближается, — ожившая девичья мечта.
— Ваше имущество? — мой нечаянный спаситель приподнимает бровь, и я опускаю глаза, одергивая форменную юбку, чуть задравшуюся при падении.
— Мое, спасибо! — почему-то смущаюсь я и забираю сумочку из рук мужчины. — Зря вы отпустили этого вора — он преступник!
Незнакомец смеется, разглядывая меня.
— Девушка в форме… понятно! Вы ведь сами знаете, что лишь потратили бы зря время на заполнение бумаг, опросы и суды, а чего бы в итоге добились?
Немногого. В лучшем случае условного срока для воришки, стоившего бы мне нервного срыва.
— Еще раз спасибо, — улыбаюсь мужчине и вспоминаю о вежливости: — Я могу вас как-то отблагодарить?
Он, конечно, откажется, но…
Нет. Не отказывается.
— Можете. Пригласите меня на обед, прекрасная… — вопросительно смотрит на меня, и я вспоминаю, что не представилась.
— Маргарита, — отвечаю я и, подозревая, что он будет неправильно сокращать имя, уточняю: — Марго.
— Марго, — смакует он. — А я Максим. Но лучше просто Макс. Как насчет совместного ланча, прекрасная Марго?
— С удовольствием, — смущаюсь я и хватаюсь за локоть мужчины.
Иногда приятно почувствовать себя обычной девушкой.
ГЛАВА 2
Садимся за столик, и я отчаянно жду официанта, чтобы он сгладил это чувство неловкости. Смотрю куда угодно, но не на своего визави. Слишком он красив… будто из другого мира!
И на Давида похож немного – такой же ухоженный, лощеный, дорого одетый.
Неловкость сковывает меня путами, делая язык неподъемным. Сердце стучит так громко что, кажется, его слышат все шумные посетители кафе.
– Вы в порядке? Не ушиблись? – Макс обращается ко мне с этой своей развязной улыбкой, несколько меня раздражающей.
– Я в порядке, спасибо! – пересилив себя, отвечаю ему.
И снова замолкаю.
Никогда не умела общаться с мужчинами: сначала запрещал отец, затем появился Давид… лучше о нем не вспоминать!
А дальше лишь коллеги да психотерапевты, которых воспринимаешь не как мужчин, а как нечто неотъемлемое от системы. Правда, Лёва видит во мне женщину, что тоже несколько неправильно, но… пусть! Может, у нас что-то и получится с ним.
– Вы в органах служите? Ну же, Рита, поговорите со мной! – придвигается ко мне Макс. – Неужели я не заслужил за свой подвиг обычный разговор? Я ведь мог пострадать!
Невольно фыркаю, и поднимаю на своего собеседника глаза.
– Скажите больше: вы погибнуть могли! Этот воришка – опаснейший преступник!