– Вы хотите, чтобы я написал сказку, – выдавил я, и этой невинной фразой сказал больше, чем можно было от нее ожидать.

– Не обязательно сказку, – мягко поправил Принц, не оборачиваясь. – Можно просто историю. Новеллу. Поэму. Повесть, в конце концов.

– А если, – начал я и осекся.

– А если вы откажетесь? – закончил за меня Принц.

Я нервно сглотнул и кивнул.

– Тогда твой долг перейдет к другому, к следующему несчастному в очереди, – сказал отец. – Как и оговорено в Контракте его высочества.

– Контракт один, – кивнул Принц. – Он лишь модифицируется, и других больше не будет. И долг перейдет к Изабелле.

– К кому? – хором прошептали мы с отцом.

– К Изабелле, – тихо сказал Принц. – К ведьме, которую я любил.

Когда мы оба промолчали, он добавил:

– А уж она напишет свою новеллу, в этом вы не сомневайтесь.

И вновь над столом воцарилась тишина.

– У нас вдоволь еды, – неожиданно предложил отец. – Извольте отобедать у нас, Ваше высочество.

– Я восторженно принимаю ваше грандиозное предложение, Дуглас, – ответил Принц с благодарным поклоном, и призраки прежней игривости заплясали в его глазах.

Мы с батюшкой синхронно поднялись из-за стола и, нелепо пытаясь уступить друг другу место, стали протискиваться к выходу. Как будто у сложившейся ситуации было одно неизбежное разрешение, о котором никто не подумал заранее – поесть от души. Когда мы были на полпути к выходу, спотыкаясь и нащупывая руками стены в темной прихожей, мне показалось, что где-то позади Принц нежно прошептал:

– Моя бедная потерянная девочка…

Матушка ждала нас у порога. Мне почудилось, что она, завидев нас, едва заметно положила руку на сердце, но я не был готов поручиться за свое воображение. Когда мы приблизились, она уже полностью овладела собою – ее лицо было привычно благожелательно и спокойно. Она сдержанно улыбнулась нам с отцом, а Принц удостоился изящного реверанса и учтивого приветствия.

– Я почти готов поверить, что вы рады меня видеть, – грустно усмехнулся тот, обменявшись с нею необходимыми любезностями.

– Я еще издали разглядела, что вы не тот, кого я опасалась, – улыбнулась мать. – Надо понимать, что Габриэль все уже знает, – добавила она в ответ на укоризненный взгляд отца.

– Не все, – покачал головой батюшка, – но скоро тайн не останется.

Я в тридесятый раз поборол желание ущипнуть себя за руку.

Обед прошел в светской беседе. Принц кратко обрисовал свое путешествие из Лилии в наши края, отец много интересовался о состоянии дорог и том, каковы волнения на границе. Я слушал мало, а понимал и того меньше. Я не смыслил в политике, и разговор о провале дипломатической миссии герцога Таливарского в Лилию слабо увлек бы меня и при более благоприятных обстоятельствах. Когда трапеза наконец завершилась, и от причины, что свела наше семейство с Принцем, было уже не убежать, мы нашли спасение в молчании. Маменька удалилась в свою комнату. За окном смеркалось.

– Пора, – молвил Принц.

Отец вздохнул.

– Когда вы отправляетесь?

Я даже не нашел в себе сил удивиться. То ли переживания дня окончательно вымотали меня, то ли я как будто наперед знал, что буду писать свою сказку вдали от дома. Будь неладен этот сон – почему сейчас он казался таким логичным?

– Как скоро Габриэль будет готов? – уточнил Принц. Я усмехнулся про себя и из последних сил подавил зевоту. Чем раньше мы с этим покончим, тем лучше.

– На исходе недели, когда упадет его звезда, – предложил отец, даже не поглядев в мою сторону. Я был слишком погружен в себя, чтобы принять эту фразу за нечто большее, чем необычную присказку, однако Принц серьезно кивнул.

– Так тому и быть. Пусть соберется с мыслями и подготовит себя к долгой дороге. Я буду очень признателен, если вы заглянете на днях ко мне на маяк и выслушаете мой план. С вашего позволения, я введу Габриэля в курс дела во время нашего небольшого путешествия – два путника едва ли найдут развлечение лучше, чем разговор по душам.

– Я хочу быть уверен в том, что вы ему расскажете, – безжалостно отрезал отец.

Принц немного поразмышлял над этим соображением и покачал головой.

– Свою историю я не искажу, но каждый новый слушатель ей только лишь навредит. Вам придется мне довериться.

– То есть, вы не планируете утолять мое любопытство? – отец вопросительно повел бровью.

– Как и вы мое, если я верно понимаю, – оскалился Принц. – Вряд ли любопытство будет достаточным побудителем в этом случае. Вы собираетесь доверить мне сына, помните. А после вашего визита на маяк у вас не останется не малейших сомнений в моей честности; поверьте, я всецело понимаю, что ничего кроме сомнений вы сейчас не испытываете. Я постараюсь рассказать только то, что сочту необходимым для успеха нашего похода.