Я пробовала заниматься сексом три раза, и все они были провальными. Тщательно выбирала партнёров. Устраивала романтическую обстановку. Однажды, даже пила возбудитель! Но кончилось всё тем, что я простояла под холодным душем около двух часов.

Каждый раз в моей голове всплывала картинка… Моя мать заглатывает член человека, которого я тогда очень любила, и тошнота подходила к горлу. Не могла продолжать. Я просто убегала прочь, или пряталась в ванной.

А с Трактором мои мозги уплыли! Я растворилась в его касаниях. Он словно поглотил все мои страхи своей силой. Хотелось кричать во всё горло от новых, внезапно нахлынувших ощущений! А когда я дошла до кульминации, то даже прикусила палец! О, как же было хорошо! У меня внутри словно что-то оборвалось и возродилось вновь! В тот момент, я чувствовала себя — словно птичка, которую выпустили после долгого заключения на волю. Сладкое тепло заполнило не только тело, но и душу! Тело стало словно вата: мягким и податливым. Если бы Трактор меня отпустил, я могла грохнуться на землю.

Сажусь на постель и улыбаюсь как идиотка. Да, я хочу чтобы он был моим первым мужчиной! И пофиг, что он меня поматросит и бросит. Я такого никогда не чувствовала к мужчине. Никогда, только от одного взгляда, у меня не тряслись коленки. Возможно, я уже никогда не встречу такого экземпляра. А жалеть позднее не хочу. И потом, кто знает, что со мной дальше будет?! Возможно меня вообще убьют!

Бегу к шкафу, роюсь в своём белье…Так… Вот это должно подойти!!! Достаю боди из ящика. Его я купила ещё в Италии. Он мой любимый! Как увидела на витрине, так и не смогла пройти мимо. Кожаный, со встроенным корсетом, с отверстиями в интимных зонах. Так что при занятии сексом можно не снимать. Думаю, у Бульдозера крышу снесет, когда меня увидит в нём. А самое главное, забудет, что я взяла с него обещания не приставать.

Так, это всё вечером… А сейчас хочу посмотреть дом и окрестности. Уже из окна заметно, что здесь красиво. Горы очень близко…

Переодеваюсь в облегающие джинсы с высокой талией и джемпер голубого цвета. Курточку не беру. Думаю, на улице тепло… Вон как солнышко светит!

Оказавшись в коридоре, рассматриваю помещение: все стены из дерева, на одной из них, в конце коридора, висит голова оленя. Жуть, меня даже передёрнуло!

Моя комната расположена ближе всего к лестнице. Потом ещё одна дверь, и с противоположной стороны, тоже две двери. Лестница, кстати, тоже деревянная, красивые перила, а заканчивается она двумя столбами, выполненными в форме вытесанных мечей… Офигеть, словно настоящие!

Останавливаюсь на последней ступеньке и осматриваю гостиную. Комната большая с настоящим камином. Между камином и диваном раскинута шкура медведя. С другой стороны: одна дверь, ведущие на кухню, и вторая — в коридор.

Ничего лишнего, всё в стиле «дача». Но мне нравится! Никаких модных картин или фотографий в полный рост. Я, после предательства моей мамы, не выношу живопись вообще! Что-нибудь висящее на стене меня начинает бесить.

На диване сидит Хромой и ещё один амбал. Играют в карты. Как только увидел меня, сразу поднялся и с ехидной улыбкой направился в мою сторону.

— Куда намылился наш цветочек? — скалится. Осматривает меня, жуя жвачку, причмокивая.

— Погулять? А что Тракт….то есть Михаил мне запретил выходить? Так что, папусики? — машу рукой возле лица, и обхожу антресоль. Перехватывает меня за локоть, тащит на то место, где я была мгновение назад.

— Он не запрещал, а я запрещаю, догнала?! — во придурок, я сейчас пойду нажалуюсь на тебя Трактору, а потом посмотрим кто догонит!

— И что? Мне плевать, исчезни! — пытаюсь убежать, но он ловит. Прижимает меня спиной к своей груди. Одной рукой держит подбородок так, что я не могу повернуть голову. А второй — в области живота. Отрывает мои ноги от земли. Сделав пару шагов, бросает на диван возле второго амбала.

— Гвоздя нет. Теперь я за старшего! Будешь бушевать, пристегну наручниками к кровати до тех пор, пока не вернётся шеф.

— Ну, а если будешь послушной девочкой, то разрешу передвигаться по дому. Главное, чтобы у меня под ногами не путалась, усекла? — проводит тыльной стороной ладони по моей щеке. Чувствую позыв тошноты от касания этого мужчины. Со всей силы сдерживаю себя, чтобы не блевануть прямо ему в лицо. Киваю, что всё поняла, и опускаю взгляд, принимая смиренный вид.

— А куда уехал Михаил? — говорю едва слышно. В глазах начинает двоиться, в ушах шумит. Нет только не сейчас, я знаю эти симптомы!

— Не знаю, наверно к любовнице, ты видимо плохо дала, — начинают ржать вдвоём.

Срываюсь с места и бегу к себе в комнату, закрываю дверь на ключ. Открываю окно и дышу… дышу… реву и опять дышу. Почему так жжёт в груди?! Мы ведь никто друг другу! Он мне ничего не обещал, и в любви никогда не клялся?! Но так плохо я себя чувствовала — только в тот день, когда узнала о предательстве двух самых любимых мне людей.

До вечера я просидела в кресле-качалке. Даже обедать не пошла. Просто смотрела в окно и ни о чём не думала. Мне стало вдруг на всё наплевать! Первую половину дня хотелось сбежать, потом это чувство сменил гнев. Я злилась на Трактора… Очень! Но большего всего, на себя. Думала и никак не могла понять… Как я могла запасть на этого хама?!

Когда за окном уже опустились сумерки, в дверь негромко постучали. Наверное Марья?! Классная женщина! Мы с ней на кухне немного пообщались. Не очень любит разговаривать, но как человек, мне понравилась сразу.

— Кто? — если амбалы, то пускай валят. Нет желания смотреть на них.

— Это я, — произносит женщина за дверью. — Принесла тебе ужин, ты же, наверное, голодная. С самого утра ничего не ела!

Открыв женщине дверь, рассматриваю её…. Простой халат, на голове повязана косынка, волосы чёрные с нитями серебристой седины, обута в резиновые тапочки… Таким домашним уютом веет от нее! Счастливы, наверное, её дети! Рады иметь такую мать: накормит, утешит, обнимет, посоветует. Моя мама никогда такого не делала! Только унижала, отвергала. Даже в мой день рождения, она никогда меня не поздравляла. Мне ее заменила мама Эммы. Мы с ней с садика словно сёстры! Даже её мама ко мне относилась лучше, чем моя.