— Почему не сможешь? — удивилась Жанна.

Девочки поднялись, а Донат сверлил меня недоуменным взглядом.

— Я буду занята, — улыбнулась я. — Поторопимся, девочки.

Я направилась из столовой, спиной чувствовала, как кто-то прожигает меня взглядом.

Парни потом постоянно крутились рядом и пытались заговорить, но мне всегда было некогда. Я не была дикая или грубая, просто была очень несобранная и страдала от этого, вечно опаздывая всегда и всюду.

Девчонки с курса шушукались и с интересом поглядывали, удивляясь, почему я игнорирую таких видных парней. Но тогда я, действительно, не думала, что они специально ради меня появляются везде, где я бываю. А кроме того, я ни с кем не хотела встречаться и знакомиться — я все ещё думала о Джейсоне. За три года в Марилии злость на него прошла и я безумно скучала.

После того, как я попала в компанию к Киру, в которой был и Мирит, Мир всегда был рядом. Подавал руку, чтобы поддержать, по-дружески отбирал у Кира сумку, чтобы понести, будто случайно часто касался моих волос, руки, плеча. Я подозревала, что все еще нравлюсь ему, но в мыслях был только Джейсон. Это угнетало — прошло уже три года, как я приехала в Марилию, я заканчивала второй курс академии, а от сердечной привязанности не избавилась.

Я решила принять все меры, чтобы забыть Джейсона.

Благодаря Киру и его друзьям я поняла, что молода и нужно весело провести молодость. На вечеринках я часто танцевала с Киром или с Миритом. Каждый раз я шарахалась от него, когда видела, что он хотел приобнять меня. Тогда Мир стал участвовать в спектакле, где он мог дотронуться до меня, так как играл моего возлюбленного. Я замечала отчаянье в его глазах, чувствовала, что ему плохо без меня, но делала вид, что ничего не понимаю и не замечаю.

Со временем я поняла, что, студенческая жизнь — это что-то!! Какие крутые вечеринки мы устраивали! Сколько я пела для ребят, которые были в восторге от моих песен! А сколько танцевала! Сколько мы все танцевали!

И мы веселились. Как же мы веселились!

Однажды я поняла, что, засыпая, больше не думаю о Джейсе, а вспоминаю, как классно мы повеселились на дне рождения Кира, на котором мы помирились после его поцелуя.

Кир уверил, что больше домогаться не будет, влюбиться в меня он не успел и теперь не собирается. Сказал, что хорошо подумал и решил, что такими подругами не разбрасываются. Не знаю почему, но я поверила.

Я снова позволила себе выпить два бокала шампанского, стало легко и весело. Я спела для Кира в качестве подарка песню. Потом мы много танцевали. Мирит говорил, какая я замечательная и необыкновенная, и нежно целовал ладошки, а я смеялась и не отнимала их. Мне было приятно и щекотно.

Потом я вспомнила, как мальчики и некоторые девочки удалились в одну из дальних комнат, Кирстан с Кенетом и Донатом вместе с ними, но Мирит не пустил меня, сказав, что они там будут баловаться с травкой, а я еще маленькая. Я смутно поняла о чем он и не стала сопротивляться.

Мы много танцевали и разговаривали. Обо всем. И тогда я поняла, что Мир — неплохой парень, а первое впечатление было неправильное. Он проводил меня домой, снова поцеловал ладошку и ушел. Я же решила, что прикосновение теплых губ было очень приятным.

Я поблагодарила Пресветлую Богиню, что встретила Кира, который перевернул жизнь с ног на голову, и благодаря которому разжались тески на сердце.

Я понимала, что не разлюбила Джейсона. Наверное, я всегда буду любить его, но теперь было не больно вспоминать его, сердце каждый раз болезненно не сжималось и не ныло от тоски. Я успокоилась, потому что поняла, что смогу жить дальше без него.

Когда я заканчивала третий курс, Кир спросил, почему я никому из парней не даю шанса, а особенно Мириту, который извелся из-за меня и любит уже несколько лет.

Я вдруг поняла, что могу рассказать Кирстану о Джейсоне, и, вообще, обо всем на свете. Мириту — нет. Кенету — нет. Девчонкам из компании тоже нет. А ему могу. Все и обо всем.

— Я люблю Джейсона уже очень давно, с детства, — грустно призналась я.

— А свободная любовь для тебя табу, да? — осторожно спросил Кир. — Ну, он — там, ты — здесь. Молодая, здоровая…

— Прекрати! — я слегка ударила его кулачком. — Мы это проходили год назад. Я могу быть только с тем, кого люблю. Иначе никак!

— Я понял, Лори, — Кир задумался, но потом произнес задумчиво, как-то непонятно меня разглядывая, будто увидел впервые: — Но ведь он ничего не узнает.

— Ты не понимаешь? — искренне удивилась я — Кир за время нашего общения показался более понятливым и порядочным, чутким и внимательным. — Я сама буду знать, а это противно и подло. Я могу быть только с тем, кого люблю, а если я не люблю, то никогда не смогу быть с этим человеком.