А вот у меня решить проблему так легко не получилось. Я родом из такой маленькой и далёкой деревеньки, что вы, пожалуй, о ней никогда и не слышали! Конечно, можно было плюнуть на всё и уехать к родителям, но занятия никто не отменял, да и с друзьями расставаться не хотелось. Так что вариантов у меня не было. Пришлось срочно найти выход. И я нашёл.

Взял все деньги, которые сумел собрать, работая по вечерам официантом, и снял крошечную однушку на окраине города. Дёшево, грязно, далеко от метро и магазинов, но я был горд. Впервые в жизни я был полноправным владельцем собственной жилплощади. Ну, не совсем владельцем, а квартиросъёмщиком, но для меня и это слово звучало как музыка! Я чувствовал себя взрослым и свободным и пребывал в настоящей эйфории.

О том, что я буду делать, когда деньги закончатся, я не думал. Если что, найду вторую работу, а то и третью! В конце концов, учиться до диплома осталось год с небольшим, и там уже смогу найти другую работу, с зарплатой получше! Справлюсь!

А о том, что переехал, я никому не сказал по вполне очевидным причинам. Если бы адрес узнали друзья, то сразу бы нагрянули ко мне с весёлой пьянкой, напрочь разрушив моё одинокое счастье. А если бы узнали родители… Ну, они бы меня просто съели! Тратить огромные по их мнению деньги на тридцать квадратных метров — непростительное расточительство! Так что я молчал до последнего.

Именно поэтому получение посылки показалось мне таким подозрительным…

— Совсем-совсем никто не знает? — пискляво поинтересовался курьер и вдруг внезапно рассмеялся. — Ох, уморили! Да все всё о вас знают! Найти вас — дело нехитрое!

И, продолжая заливаться смехом, он, всё также сжимая в руках посылку, бросился на кухню.

— Стой! Куда?!!! — заорал я, пытаясь воспрепятствовать такому наглому вторжению, но курьер сумел ловко увернуться.

— Нужно расписаться в получении! — провозгласил он, осторожно ставя посылку на заваленный немытыми тарелками кухонный стол.

— Расписаться я мог бы и в коридоре! Необязательно было тащить её сюда! — громко рявкнул я, надеясь, что этот странный курьер поймёт собственную бестактность.

— Обязательно-обязательно! — рассеянно ответил он, роясь в своей бездонной сумке и, кажется, совсем не замечая моего возмущения. — Вам нужна твёрдая поверхность, чтобы расписаться!

Он извлёк из сумки мятый бланк и подвинул ко мне вместе со старинной перьевой ручкой.

— Подпись вот здесь, — ткнул он пальцем в последнюю строку.

Я склонился над столом. Бланк был каким-то необычным. Слишком плотным, потёртым. Так и есть — это пергамент! Старый, пожелтевший. Ничего себе! Не думал, что увижу такой в столь странных обстоятельствах!

Бланк был испещрён текстом и подписями предыдущих адресатов. И они тоже были странными! Написанные непонятными буквами, сплошь состоящими из завитушек и острых кривых линий, они производили дикое и какое-то нездешнее впечатление.

Странно всё это. Ой как странно…

Я покосился на нетерпеливо переступающего с ноги на ногу курьера. Теперь я начинал замечать то, чего не замечал раньше.

Во-первых, его форма. С самого начала я принял его за курьера, и ясно почему. Однотонная куртка, брюки, кепка и переброшенная через плечо массивная сумка очень напоминали классическую одежду курьера. Но именно что напоминали. С первого взгляда это было неочевидно, но на плечах у его непривычно плотной, способной вынести сильнейшие температурные перепады куртки, виднелись эполеты типа военных, с какими-то непонятными знаками на них, а на ногах были кожаные сапоги наподобие солдатских. Хорошие сапоги, из очень плотной кожи. В таких удобно отправляться в долгие странствия по плохим дорогам, а не развозить товары по крупнейшему мегаполису!

Во-вторых, к его правой ноге кожаным ремнём был привязан здоровый нож, очень напоминающий мачете. По недружелюбному блеску сразу было понятно — наточен так, что мама не горюй!

Зачем курьеру в городе нож?! Понятия не имею!

И если все вышеуказанные причины можно было списать на специфический вкус и стиль курьера, то вот следующее обстоятельство логически объяснить никак не удавалось.

Лицо курьера менялось каждую секунду! Не кардинально, но так, что при пристальном взгляде становилось понятно, что в его чертах нет ничего постоянного. Его нос становился то чуть больше, то чуть меньше, губы то краснели, то стремительно превращались в бледные и бескровные, а торчащие из-под фирменной кепки рыжие волосы, кажется, не могли определиться с длиной.

Неизменными оставались только разноцветные глаза. Но они сами по себе были такими необычными, что нисколько не улучшали ситуацию.

— Простите, а какую фирму вы представляете? — стараясь, чтобы мой голос звучал как можно обычнее, спросил я.

— Самую большую! — нетерпеливо ответил курьер. — Вы подписывать будете или нет?

Ничего подписывать я не хотел. Я не понимал, что происходит. Какая-то фантастика, право слово! Галлюциногенный бред! Может быть меня отравили, и этот мошенник, лишь притворяющийся курьером, сейчас попытается меня ограбить? Хотя нет, вряд ли. Я ничего не брал у него из рук, не ел и не пил в его присутствии. Да и брать у меня нечего! Нет, тут что-то другое…