Шрифт:
Я вдруг понял.
– Ты не слышала?
– Что?
– Стук в дверь.
– Что? – повторила Лида.
– Кто-то стучал.
– Андрей…
Я закивал собственным мыслям и стал ходить кругами по комнате.
– Кот! – окликнула Лида. – Всё в порядке?
– Там на улице… – я осёкся, потому что в дверь вновь начали ломиться. – Чёрт! Ты не слышишь?
Лида замотала головой, оглянулась, потом развела руками.
– Чего не слышу?!
– Кто-то стучит! Вот сейчас!
– Андрей…
– Да вот же!
Я распахнул дверь. Никого.
– Что за чёрт?! – выругался я и выскочил из дома.
Стал ходить по двору, заглядывая под каждый куст. Потом посмотрел на высокий забор, и внезапно догадался. Ну разумеется! Стучавший, наверняка, выскользнул на улицу!
За двором не было ни души. Я подумал, что схожу с ума. Оглядевшись, заметил около одного из домов велосипед – старенький, с красной облупившейся краской на раме. «Конечно! – воскликнул я в мыслях. – Никакие это не галлюцинации. Это ребятишки играются. «Стукалочку» сделали, да? Ну, сейчас найдём».
Вернувшись во двор, я начал осматривать дверь и выискивать нитку с привязанным к ней камнем, но, разумеется, никакой «стукалочки» не нашёл. Тогда я понял, что окончательно растерял смекалку, раз не могу сложить два простых факта: если бы стучали дети, Лида всё равно бы услышала.
Мысли запутались, переплелись. Без особой надежды я проверил сарай, баню и летнюю беседку. Потом зачем-то подошёл к заброшенному и заросшему крапивой колодцу и перегнулся через мшистые брёвна, чтобы убедиться, что там никто не прячется.
Из колодца несло болотом. Я невольно отпрянул. Появилось легкое головокружение, словно после утренней сигареты. Чувствуя, как к горлу подступает тошнота, я сел на крыльцо, но тут же вскочил, потому что с улицы постучали в ворота.
– Какого чёрта?! – крикнул я и со всей силы пнул калитку.
Калитка ударилась о кого-то снаружи. Спружинила обратно. Незнакомец за забором взвизгнул, как поросёнок, и побежал в сторону леса.
– Стоять! – приказал я и выскочил на дорогу. Но не нашёл там никого. Только собственную тень.
Звуки, которые отчетливо слышались секундой раньше, исчезли. Ни визгов, ни шагов. Я прикрыл глаза ладонью, чтобы солнце не слепило, и посмотрел в сторону берёзовой рощи. Среди белых стволов увидел, как мелькнуло пятно. Через секунду понял: всего лишь взлетела ворона. Махнув крыльями пару раз, она скрылась в глубине осеннего леса.
Тогда я обернулся и хотел закурить, но пока доставал сигареты, невольно задержал взгляд на месте, где минуту назад стоял красный велосипед. И замер.
Со двора донесся голос Лиды:
– Кот, ты совсем сдурел?
Она вышла на улицу, кутаясь в пальто, и протянула мне куртку.
– Возьми. Если решил сходить с ума, то оденься хоть потеплее. Простудишься.
– Он исчез.
– Кто исчез?
– Велосипед. Он стоял там.
Нацепив ветровку, я сделал пару шагов в сторону дома, где минутой раньше, клянусь всем на свете, стояла чёртова «Кама». С облупленной краской и металлическим звоночком на руле.
– Андрей, блин, куда ты пошёл?
– Погоди минутку…
Лида цыкнула языком и, вздохнув, вернулась в дом. Кажется, она была расстроена.
«Сейчас-сейчас… только проверю» – сказал я мысленно и зашагал туда, где видел красный велосипед. Подойдя к чужим воротам, я подпрыгнул пару раз и постарался заглянуть во двор, но забор оказался слишком высок. Тогда я просто подошёл вплотную, и, найдя щель между досками, посмотрел сквозь них внутрь, ни на секунду не задумавшись о приличиях.
Во дворе стояла старая серая иномарка, повсюду валялся строительный мусор. Никаких велосипедов, игрушек, качелей и детских бассейнов. Ничего, что могло бы указывать на то, что в доме живет ребёнок.
– Ладно… Всё равно разберусь, что за хрень.
Я отошел от забора. Спрятав ладони в карманы ветровки, нашёл там сигареты и закурил. Потом взглянул в сторону берёзовой рощи.
– Что б мне провалиться…
Металлический звоночек прозвенел в тишине.
В том месте, где заканчивалась дорога, и начинался лес, выглядывал из-за берёзы красный велосипед. Его держал старик, который прятался за деревом. Старик то и дело высовывался, проверяя, не заметили ли его, и когда в очередной раз показал лицо, то невольно поймал мой взгляд.