Шрифт:
Словно прочитав мысли своего шефа, в кабинете опять появился помощник и робко направился к столику.
– А, вот и ты!
– заметив подчинённого, произнёс Борис Александрович.
– Ну, выкладывай, что там с судом!
– Э… как я уже сказал, дело отложили… ещё на месяц… Тимофеев настоял на вызове дополнительных свидетелей… - не рискуя смотреть Красницкому в глаза, а уставившись на поверхность стола, тихо говорил мужчина.
– Ну ладно, здесь уже адвокаты пусть думают, как быть! У тебя всё?
– Не… нет, Борис Александрович. Тут такое дело…
– Ну что ещё?
Красницкий уже начал тяготиться присутствием этого субъекта и подумал, что нужно было нанять вместо него какую-нибудь девчонку с упругой попкой. И даже если бы она оказалась не очень сообразительной, всё было бы приятнее смотреть. Хотя у этого - он даже не помнил точно имени помощника - были прекрасные рекомендации…
– Тимофеев после заседания заявил адвокатам, что у него есть против компании и вас лично некоторые документы… и если с ним и Денисовой что-то случится, то об этом станет известно общественности и правоохранительным органам…
– Что-что?!
– Борис Александрович пришёл в ярость и даже вскочил со своего места, опрокинув стул.
Бедняга-помощник отскочил и, попятившись назад, едва не упал. И хотя гнев шефа был направлен в данном случае не на него лично, он испытывал сильный страх перед Красницким, каждый раз чувствуя себя как бы виноватым, сообщая тому плохие новости. Конечно, никто не неволил его работать на этого человека, но необходимость содержать престарелых родителей, а также выплачивать ипотеку заставляли терпеть к себе подобное отношение. К тому же платил Красницкий весьма неплохо и жалование не задерживал.
– Ладно, поехали в офис.
– Борис Александрович довольно быстро «остыл» и даже поставил на место перевернувшийся стул.
– Необходимо срочно всё проверить.
Глава вторая
Слова Сергея Тимофеева подтвердились служебной проверкой, в результате которой выявилась пропажа части бумажных документов, а также файлов с рабочего компьютера Сергея. Да уж, теперь он из неудобной персоны переходил в разряд опасного врага! Нужно было срочно что-то делать.
Красницкий тут же накинулся на главу службы безопасности и начальника отдела информационных технологий. Их оправдания, что он сам в своё время отдал распоряжение не проверять Тимофеева и не следить за ним, не возымели действия на Бориса Александровича в том состоянии, в котором он находился. Пообещав «уволить обоих к чертям», он прогнал и того и другого из кабинета, а сам принялся ломать голову над тем, как раз и навсегда избавиться от этой проблемы.
Конечно, можно было попытаться договориться с Тимофеевым и Денисовой: заплатить им денег в обмен на молчание и полюбовно решить вопрос с оформлением её увольнения. Но Красницкий был не тем человеком, который старался всё и всегда делать «по-хорошему». Особенно теперь, раздосадованный таким собственным просчётом (он довольно быстро осознал, что именно сам просчитался, отдав приказ не следить за Сергеем), Борис Александрович был склонен пойти на крайние меры. К ним он старался прибегать как можно реже, несмотря на всю свою преступную натуру, и последний раз жертвой таких мер стал Станислав Марченко - бывший хозяин контрольного пакета акций авиакомпании, которым теперь владел Красницкий. Он умер якобы от отравления редким видом рыбы в одном из ресторанов на фешенебельном курорте, где отдыхал с семьёй.
Как вы уже наверно догадались, теперь Красницкий хотел убить Сергея и Марину, руководствуясь принципом «нет человека - нет проблемы». Предупреждения Тимофеева о том, что компромат на него попадёт в полицию, Бориса Александровича не очень-то пугали. Он был уверен, что всегда сумеет договориться. К тому же любые доводы здравого смысла сейчас заслоняла жажда мести.
После десяти минут раздумий, Красницкий взял-таки мобильный телефон и набрал на нём номер, обозначенный как «Расул». Именно этот человек помог устранить Марченко. Послышались гудки, и спустя некоторое время на другом конце трубки ответили:
– Алло.
– Это я, - спокойно произнёс бизнесмен.
– Нужно встретиться, поговорить. У меня есть для тебя дело.
– Хорошо, ты знаешь место.
– Когда? Через час можно?
– Да, приезжай.
– До встречи.
Красницкий взял из сейфа увесистую пачку долларов и запихнул их во внутренний карман пиджака. После этого через секретаршу он передал водителю, чтобы тот готовил машину. Простая предосторожность требовала использовать для поездки на такую специфическую встречу не привычный «майбах», а что-то менее заметное, но Борису Александровичу не хотелось даже на короткое время лишать себя комфорта, поэтому именно тёмно-синий лимузин повёз его на север города, в одну из промзон.
По дороге, закрывшись от промозглой весенней погоды, глаз простых смертных, а заодно, опустив перегородку в салоне, и от собственного водителя, Красницкий сделал несколько деловых звонков и прочитал электронную почту, ответив при этом на пару писем. После этого он принялся размышлять, с которой из двух любовниц (светленькой или тёмненькой) провести сегодняшний вечер, а затем и ночь. Одним словом, Борис Александрович был совершенно спокоен, словно и не собирался вскоре заказать убийство двоих человек. Такое явление как муки совести уже давно перестало тревожить его, оставив напрасные попытки перевоспитать этого человека.