— Само собой, — выдавил он к тому времени, всё ещё заикаясь и краснея; его кожа ощущалась настолько тёплой, что он подозревал, что его уши приобрели ярко-красный оттенок. — Само собой. Я очень сожалею, мэм. Я сейчас же отведу вас вниз.

Избегая её взгляда, Хорас Ха выбрался из-за панели охран и стола, зная, что они заблокируются сразу же, как только он их покинет, и не дадут доступ никому, у кого не имелось нужной ДНК.

На выходе он опять ударился коленом и потёр его рукой, морщась.

Он не оборачивался, чтобы посмотреть, как отреагировала вампир-детектив.

Вместо этого он прихрамывающими шагами направился к блоку лифтов, выбрав тот, что предназначался для охраны — единственный лифт, который работал, когда офисы на верхних этажах здания были закрыты.

Он взглянул на женщину-вампиршу только тогда, когда вставил ключ безопасности в запирающий механизм справа от двери.

Дожидаясь, пока ключ подтвердит доступ, он поколебался, затем заговорил с ней.

— Я приношу свои извинения, — сказал он. — Мы рады помочь. Я просто никого не ожидал, а потом сюда приходят два вамп... — оборвав себя на полуслове, он одарил её неловкой натужной улыбкой. — Ночами здесь редко кто бывает.

Она бросила на него косой взгляд, переступив с ноги на ногу в плавной и грациозной версии того, как люди топтались в ожидании лифта.

Поначалу он не знал, как трактовать этот взгляд.

Он с облегчением увидел, что хмурое выражение на мгновение ушло с её полных губ.

— Всё нормально, приятель, — заверила она его.

В этот раз он услышал лёгкий акцент, но не мог определить, откуда этот акцент родом. Он испытывал искушение спросить, попытаться завести светскую беседу, но беспокоился, что может вновь нечаянно оскорбить её.

Вампиры бывали обидчивыми.

Не то чтобы Хорас знал многих вампиров. Это не так.

Его лучший друг Майк был, можно сказать, экспертом по вампирам, по крайней мере, по человеческим меркам. На работе в М.Р.Д. он имел дело со многими вампирами.

Он предупреждал Хораса не злить их.

Когда двери лифта открылись, Хорас заметил, что Миднайт снова смотрит на него.

— Тебе лучше позвонить этому специалисту по безопасности, — сказала она прежде, чем он успел спросить. — Дать ему знать, что мы спускаемся. И проверить, как у него дела. Нашёл ли он что-нибудь.

Её слова заставили его вновь покраснеть.

Хорас хотел вести себя нормально, обращаться с ней как с любым другим посетителем.

Но он не знал, как вести себя нормально с ней. Он не знал, как притвориться, то она не вампир — не невероятно горячая женщина-вампир и коп, которая говорила с ним так, словно они равны, словно они не были совершенно разными.

Прикоснувшись к своей гарнитуре, Хорас мысленно набрал идентификационный код гарнитуры специалиста по безопасности.

Он услышал гудки.

Гудки продолжали идти.

— Он не отвечает, — сказал он, взглянув на Миднайт, пока наклонялся, чтобы нажать кнопку подвала, где располагались хранилища. — Мне оставить сообщение?

Она не выглядела заинтересованной в протокольных дилеммах.

— Подключи меня к главному каналу наблюдения. Используй код полиции Нью-Йорка, который я только что послала, — эти хрустально-голубые глаза бросили ещё один беглый взгляд в его сторону. — Ты провёл полноценное исследование этой так называемой «аномалии»?

— Никаких тепловых сигнатур, — сказал он, посчитав, что она имела в виду именно это.

Он субвокально ввёл код, который она ему предоставила.

Полоска доступа на виртуальном экране мгновенно сделалась голубой, указывая на совместное соединение. Он покосился на неё, наблюдая, как взгляд этих светлых глаз обращается внутрь, пока она просматривала записи камер. Он наблюдал, как она переключается между различными спектрами света. Она делала это быстро, с машинной точностью; так быстро, что он понятия не имел, как она успевает заметить что-то важное в разных кадрах.

Видимое изображение, инфракрасное освещение, рентген, гамма... нигде ничего не показывалось.

Хорас знал это лишь потому, что наверху детально всё изучил.

Она переключилась в режим захвата движения.

Трёхмерный план помещения тут же засветился.

Хорас резко втянул воздух, уставившись на разницу в сигналах по сравнению с тем, когда он проверял в последний раз. Тогда они занимали лишь небольшой угол хранилища.

Теперь эти штуки двигались по всему виртуальному экрану.