Адам начал ходить по ночам пару месяцев назад. Они обратились в поликлинику, где их успокоили. Оказывается, у детей такое часто встречается, обычно после какого-то особенного события. Своего рода реакция на стресс. Медсестра объяснила, что это может быть связано с рождением сестренки. В детском саду воспитатели заверили, что Адам ведет себя как обычно, ему всегда нравилось в садике. На том они и успокоились. Мартин погуглил и выяснил, что лунатизм бывает наследственным. Может быть, он тоже ходил во сне, когда был ребенком? Этого он не знал, и подумал, что надо не забыть при случае спросить об этом родителей. А еще поговорить с Александрой.

Проснулся Мартин около шести, когда Александра с Нелли уже выезжали – они должны были провести выходные в Копенгагене с сестрой Александры Моникой. Жить в отеле, ходить в спа. С ними ехала соседка Моники, опытная няня, так что у Александры был шанс тоже немного отдохнуть, пообщаться с сестрой и выйти в город.

Александра поцеловала Мартина в лоб, от нее исходил легкий аромат магнолии – духов, которые он ей подарил. Затем дала ему подержать Нелли, Мартин провел пальцами по мягкой щечке малышки. Все происходило в такой спешке, что Мартин не успел рассказать Александре о ночной сцене. Может, и к лучшему, ему не хотелось ее волновать. С тех пор, как четыре месяца назад родилась Нелли, Александра постоянно занималась детьми и заслуживала небольшой передышки.

– Берегите себя, – прошептал он.

– И вы, – ответила она, тоже шепотом.

Час спустя он встал, натянул халат, заглянул к Адаму, который по-прежнему спал, и спустился вниз. На кухне он поставил варить эспрессо. Потом налил себе грейпфрутового сока и вышел в деревянных башмаках на улицу за газетой.

Там все еще было темно. Скованный холодом сад стоял неподвижно, а за небольшим холмом виднелось море и ближайшие островки. Пролив Скагеррак, вытянутый и дикий.

Какое-то время он стоял в желтом свете кухонного окна и наслаждался спокойствием. Он чувствовал себя одним целым с островом, морем, домом. Хотя в детстве он жил здесь с семьей только летом, он всегда воспринимал это место как свой дом. В этом были свои плюсы и минусы. Во всяком случае, почти все воспоминания детства он сохранил именно отсюда.

С моря донесся глухой крик выпи. Какой неприятный звук, неудивительно, что в старину крестьяне верили, будто это воют злые духи.

Содрогнувшись, Мартин вошел в дом.

Его родители приобрели дом за восемьдесят тысяч крон в семидесятые, как только поженились. Им хотелось иметь собственное гнездышко в родных краях отца на острове Уруст, выращивать летом клубнику, купаться и рыбачить с лодки. Двухэтажный деревянный дом на шестидесяти пяти квадратных метрах с верандой и пятью небольшими красивыми комнатами, – предел мечтаний. Но чем старше они становились, тем реже покидали свою удобную виллу в Уддевалле.

После окончания гимназии Мартин начал изучать биологию в университете Гетеборга. Снял через посредника маленькую квартирку в районе Майорна, которую потом с помощью родителей выкупил. Однако теоретические знания были ему неинтересны, и после первого же семестра учебу он бросил. Устроился продавцом в спортивный магазин в ближнем пригороде. Временно, как он говорил, а сам думал, чему же посвятить жизнь. Так и остался. Нельзя сказать, чтобы ему там нравилось или не нравилось, он просто вставал по утрам и шел на работу. Вечера чаще всего коротал дома. Он не сильно любил всякие увеселения, да и друзей у него в Гетеборге было мало. На выходные он уезжал на Уруст и наслаждался домом и садом, которые оставались в полном его распоряжении. В детстве он проводил там каждое лето, ездил туда на все каникулы, а когда ему исполнилось пятнадцать лет, записался в школу дайвинга в Хеноне. После многочисленных курсов повышения квалификации он получил международный сертификат. Имея стабильную зарплату и скидку для персонала, он со временем поменял свое снаряжение на более современное и в течение всего года старался использовать каждую возможность, чтобы заняться дайвингом на острове. Он мечтал когда-нибудь накопить денег и поехать понырять в более теплых водах.

Когда Мартину предложили работу на крупной устричной ферме на острове Уруст, родители разрешили ему поселиться в доме, а он пообещал следить за ним и поддерживать порядок. Похоже, они были только рады, что дом в надежных руках, и Мартин тут же уволился из магазина.

Получив разрешение от родителей, на деньги с продажи своей однушки Мартин аккуратно отремонтировал дом. Провел электрическое отопление, заменил кое-что на кухне, оборудованной еще в пятидесятые годы, обновил ванную, отшлифовал красивые дощатые полы и покрасил все стены из сосны в белый цвет. Переделав домик под себя, он полюбил его еще сильнее. Внутри этих стен появилась какая-то особая чистота и свежесть, дом словно задышал, а все старое просто испарилось.

В тот день, когда он перевез сюда Александру, он почувствовал, что у него есть все, о чем он мечтал. Они станут семьей. Мартин откроет собственную, пусть и небольшую, устричную ферму. Так оно и вышло, пусть и понадобилось несколько лет, и вначале казалось, что все идет хорошо.

А потом начались проблемы.

С Александрой он познакомился прекрасным субботним вечером в «Слюссене», пансионате с рестораном, где летом играла живая музыка, сразу через пару лет после того, как переехал на остров. Роберт долго уговаривал его сходить куда-нибудь вечерком. Роберт вырос на Урусте, Мартин дружил с ним с самого детства – мальчики каждое лето проводили вместе. С тех пор, как Роберт женился на Лие, друзьям нечасто выпадала возможность сходить вдвоем в бар.

Александра первая с ним заговорила. Она подошла к Мартину и пригласила его танцевать, когда он стоял один у барной стойки с пивом в руке.

Он колебался – танцевать ему никогда не нравилось.

– Но ты же не можешь простоять так весь вечер, – сказала она с улыбкой. – Это ведь танцы, здесь положено веселиться. Знакомиться с людьми. Общаться. Пойдем.

Она вытащила его на танцпол, а потом, натанцевавшись, они, вспотевшие и довольные, сели за столик и заказали по кока-коле – Александра была за рулем. Роберт разговаривал с какими-то друзьями в другом конце зала, он был знаком практически со всеми местными жителями. Александра и Мартин понравились друг другу с первой минуты. Маленькая стремительная блондинка, она была его полной противоположностью.