Девушка положила трубку.

– Ксюха? – спросила Лизка.

– Ага. Кирюха сегодня остался без сказок. А все благодаря тебе.

– Ну пусть она ему расскажет какую-нибудь.

– Не, там без вариантов. Она так быстро всегда старается уложить мелкого спать, что у нее заяц давиться, но жрет колобка. Поэтому роль Шахерезады [9] только моя.

– Ищи положительную сторону нашей авто-прогулки, – улыбнулась Лизка, – когда б ты еще увидела столько цветущих яблонь, деревень советских годов и широких полей. Кстати, у меня фотик с собой. Может тормознешь? Хочу фотку красивую на основную страницу поставить.

– За цветущие яблони, с моей-то аллергией, отдельное спасибо! Ладно, – смягчилась Кира. – От этой остановки уже не горячо и не холодно. У тебя десять минут.

Лизка запрыгала на сиденье и сжала кулачки с довольной физиономией.

Девушки припарковались на обочине, насколько это было возможно. Кругом и была одна обочина: казалось, что гравий вперемешку с кусками раздолбанного асфальта никогда не кончится. Лиза достала расческу и новую помаду, чтоб навести марафет и дала Кире в руки Nikon прошлогодней модели, сняв с него черную крышку объектива. На удивление, подруги уложились в условленное время.

– Во, вот это класс! – визжала первая от восторга, листая снимки на маленьком мониторе фотоаппарата. – Конечно, качественные фото – это вещь. Я довольна. Давай я тебе щелкну, хочешь?

– Ты же знаешь, что нет.

– Знаю, – хихикнула подруга и щелчки со вспышками начали раздаваться со всех сторон.

Кира не любила фотографироваться от слова «совсем». Помимо того, что ей не нравилось позировать и делать сотни снимков себя любимой, она не понимала на кой черт это вообще надо. Выкладывать фотки по сто раз на дню ее определенно не привлекало, да и снимки из серии «посмотрите я с букетом, значит у меня появился мужик» или «я круто накрасилась и осталась дома, хорошо, что все не зря благодаря соц-сетям» ее не впечатляли. Вдобавок ко всему, девушке не особо нравилось, как она выходит на фотографиях, а сегодня так тем более, с сопливым носом и глазами, которые начинали краснеть от запахов.

Лиза подходила все ближе, издеваясь над Кирой яркими автоматическими вспышками, и та сдалась.

– Ладно, ладно, – она пару раз чихнула, – ты же не отстанешь. Две фотки и в путь.

Кира сорвала только что раскрывшийся одуванчик рядом с местом, где они остановились и поднесла к лицу. На ярко-желтом цветке сидела маленькая божия коровка и перебирала всеми шестью лапками, пытаясь взлететь.

– Смотри, – крикнула она Лизке, которая уже сделала пару снимков и разглядывала их на экране.

– О, класс, – подошла к ней подруга, – дай сфоткаю крупным планом, – раздался щелчок, – ну вот, фотка, размытая. Мелкая букашка просто.

– Сама ты мелкая букашка, – Кира выдернула из ее рук фотик и вручила одуванчик, – держи, – щелчок, – так лучше?

– О, здорово! Как заставка на комп! Я и говорю, это все отменный фотик.

– Ага, – согласилась та, – только которым ты пользоваться не умеешь. Тут есть определенные режимы для фотографирования. Твою-то смазливую моську он щелкнет на любом, а под такие вещи объектив надо бы настроить, а не клацать все на автомате. Бесплатный совет – изучи азы макросъемки.

– Ой, не умничай. Кто твоих божиих коровок фоткать собирается.

Кира пожала плечами и ответила:

– А мне кажется это красиво.

– Удивительный ты человек, Кирюх, – Лиза поглядела на ее изогнутую в вопросе бровь и улыбнулась, – как нещадно косить арбузы со смородиной и отшивать видных ухажеров, так ты первая. А тут посмотрите-ка какая романтика! Божия коровка на одуванчике! Дайте-ка я ее сфоткаю поближе со своей-то аллергией!

Да, за девушкой и правда был грешок по уничтожению культурных растений. Сестра как-то посадила адаптированный к местности арбуз и смородину крупного сорта, а в известность никого не поставила. А так как росточки были небольшие Кира под одну гребенку и подстригла газон. Так себе она агроном.

– Одно другому не мешает, не вижу ничего удивительного. Поехали.

Перед тем как сесть в машину, Кира пару раз потянулась и нагнулась, ее позвоночник от долгого сидения слал пламенные приветы. Девчонки тронулись.

– Хотела все спросить, – начала Лизка, – ты как уломала престарелого препода поставить ребятам зачет? Я так поняла, что в понедельник, он им все проставит. Все четверо выходили явно довольные из его кабинета.

– Так и есть. В понедельник он им все проставит.

– И… – протянула Лизка, – в чем секрет?

– Да нет никакого секрета. Завтра они копают нашему геологу огород.

– Серьезно?

– А почему нет? Не умеют работать головой – пусть работают руками. Все лучше, чем в армии зеленой краской траву красить и бордюры из снега лепить.

– Это номер, конечно, – удивилась подруга, – я там думала презент какой или еще что.

– Зачем человеку дарить алкоголь, который он не пьет? Я просто честно подошла и спросила, что он бы…

– Найден более быстрый маршрут, – перебил Киру механический голос, доносившейся из сумки подруги.