Соколов тем временем заканчивает разговор и указывает, что вот тут нужно свернуть направо.

Минуты через три перед нами открывается вид на дом. Два этажа, высокий забор. И ни единой души. Останавливаю машину и вылезаю на улицу.

В доме прохладно. Раздеваться нет никакого желания. Денис почти сразу уходит наверх. Нервно тереблю пальцы и минуты через две иду следом. Здесь несколько дверей. Куда дальше, не имею и малейшего понятия. Толкаю первую попавшуюся, оказываясь в просторной спальне. Шторы на окне плотно задернуты.

В примыкающей ванной слышится шум воды. Колеблюсь, но все же открываю дверь.

Мельком вижу его голую спину. Но, заметив меня, Денис сразу оттягивает свитер вниз.

— Как ты? — вздыхаю, медленно шагая ему навстречу.

— Бывало и хуже. Поможешь?

Киваю, беру из его рук пузырек и ватный диск. Денис поворачивается ко мне спиной. Смачиваю вату в жидкости и касаюсь ей мужского затылка. Прижимаю к небольшой ссадине. Руки дрожат. Крови, слава богу, нет. Но я все равно стараюсь казаться отважнее, чем есть на самом деле. Правда, недолго.

В какой-то момент просто прилипаю всем телом к его спине и шепчу:

— Мне страшно.

Втягиваю голову в плечи. Мне действительно невероятно страшно.

— Ты не должна была стать свидетелем всего этого.

Денис смотрит на меня через зеркало. Ловит взгляд. Сжимает в своей ладони мою.

— Идем.

Подталкивает к двери.

— Ложись спать, — касается губами моего виска, как только мы оказываемся в спальне.

— А ты? — нервно смотрю на огромную кровать. Не могу представить, что сейчас останусь здесь одна.

— И я.

В комнате становится темно. Матрац проминается под весом наших тел. Денис прижимает меня к себе. Обнимает. От этих прикосновений становится легче. Не так страшно. Я не чувствую себя одиноко. Все эти ужасы так и стоят перед глазами, но теперь я словно разделяю их с ним.

Долго смотрю в темноту и наконец озвучиваю то, что уже больше часа крутится в голове.

— Тебе, наверное, нужно проиграть бой, — шепчу, мгновенно чувствуя, как его тело напрягается.

62

Денис.

Ксюха очень быстро засыпает. Дыхание выравнивается, а пальцы, которыми она сжимает мою руку, расслабляются. Тело больше не напряжено.

Накрываю ее одеялом по самую макушку и спускаюсь в гостиную.

Тело ломит. Впрочем, к боли мне не привыкать. После некоторых боев случались такие откаты — думал, сдохну. Так что следы этой заварушки сотрутся быстрее, чем кажется на первый взгляд.

Вся эта ситуация и так была на грани. Мои «друзья» перешли черту. Сделали то, чего не следовало.

Еще в машине я прокручивал в голове разговор с дедом. Сомневался. Сейчас отпали последние ростки этого самого сомнения. Нужно звонить и решать все через него. Сливать бой я не собираюсь. Никогда не допускал об этом даже мысли.

Паша подтягивается уже за полночь. Слышу шум припарковавшейся тачки. Накидываю куртку и, не застегивая змейку, выхожу во двор.

— Здорово.

— Здорово, чемпион.

Степнов пожимает мою руку, параллельно упираясь плечом в колонну на крыльце. Набрасывает на голову капюшон.

— Да, рожа у тебя… не позавидуешь, — трет переносицу.

Пашку я знаю лет десять. Он всегда был сообразительным малым. Мы дружили, а когда началась вся заварушка с профессиональным спортом, он был идеальной кандидатурой на роль агента… Говорят, работа и общие дела портят дружбу, в нашем случае этого не произошло. Наверное, он единственный, кому я действительно могу доверять в нашем пафосном мире больших денег.

— Ты ему звонил?

— Нет. Хочу съездить лично. Останься с Ксюхой. Она спит.

— Без проблем.

— Что ей сказать? Если проснется.

— Что мне нужно было отъехать. По делам. Ключи от своей тачки дай.

— Слушай, может, тебе лучше сначала врачу показаться?!

— Сначала дело, потом врачи.

— Ну, смотри сам.

Паша барабанит пальцами по крышке смартфона. Провожает меня взглядом.

В салоне жарко. Приоткрываю окно. Музыку намеренно не включаю, и так башка болит. Чувствую себя муторно, но еще в доме успел закинуться обезболивающими.

Это слегка непросто. Прикидываться, что ты ничего не чувствуешь. Что выстрел из травмата и удар по голове ничего не значат. При Ксю пришлось разыгрывать спектакль.