Роберт Шекли
Корабль должен взлететь на рассвете
Оркестр исполнял третью часть симфонии Макклина - "Полет на Луну". Дэйл, увлеченный миром звуков, закрыл глаза и, расслабив тело, откинулся на спинку кресла. Как всегда, эта музыка перенесла его из тепла и комфорта концертного зала в необъятное пространство космоса. Воображение уносило его от планеты к планете, в далекие просторы Вселенной.
Он открыл глаза от прикосновения чьей-то руки.
– Мистер Эмбер? Дэйл Эмбер?
– Да.
– Дэйл в недоумении взглянул на служителя.
– А в чем дело?
– Звонят из вашей конторы, сэр. Говорят, очень срочное дело. Пройдите в восемнадцатую кабину.
Пожав плечами, Дэйл поднялся и последовал в фойе к указанной кабине. Щелчок - и ярко засветился экран видеофона. Еще через мгновение на нем появилось взволнованное лицо Глиссона.
– Дэйл! Слава богу, наконец-то я поймал вас. Масса неприятностей.
– Глиссон выглядел растерянным.
– Будет лучше, если вы вернетесь.
– Может быть, вы мне все-таки объясните, в чем дело? Завтра в десять утра я должен навестить сына.
– Это очень серьезно, Дэйл. Если вы хотите сохранить дело, берите самолет и возвращайтесь как можно скорее!
Дэйл выключил видеофон. Он знал, что управляющий без нужды не станет его вызывать.
Рассвет он встретил в Комфилде.
Космические полеты внезапно стали действительностью действительностью, озаренной ослепительными вспышками стартующих ракетных кораблей, которые, однако, часто взрывались, когда достигали поверхности Луны. Это не было неожиданностью для предпринимателей и нисколько не тормозило дальнейшего развития космических полетов.
Комфилд, затерявшийся на огромных просторах пустыни Новой Мексики, с его ангарами, мастерскими и жилыми постройками был базой нескольких десятков больших и малых компаний, одинаково жаждущих запустить свои руки в богатства, открытые на Луне.
Из Комфилда с ревом взлетали ракеты, груженные продуктами, кислородом, водой. Все они устремлялись на естественный спутник Земли, а оттуда возвращались с рудой. Ракеты ревели, когда взлетали, и ревели, когда приземлялись. Иногда они ревели чуть громче, чем обычно, и после этого умолкали навсегда так же, как и их экипажи...
Дэйл не думал обо всем этом, когда шел от летного поля к конторе. В приемной он застал управляющего, обросшего двухдневной щетиной, невыспавшегося, с воспаленными глазами.
– Мы не ждали вас раньше чем через два часа, - сказал Глиссон.
– Я же обещал быть к рассвету.
– Дэйл опустился в кресло. Он чувствовал себя совершенно разбитым, во рту ощущалась какая-то горечь.
– Номер одиннадцатый разлетелся при старте на сто тысяч частей, вместе с Куком и Бейлисом, - коротко доложил управляющий.
– Ну и что?
– Номер двенадцатый на капитальном ремонте. К взлету готов только номер тринадцать.
– Десятый?
– Застрял на Луне. Управление вышло из строя, и экипаж не хочет двигаться с места, пока не прибудут запасные части. Но мы не можем доставить их без тринадцатого.
– Понятно.
– Дэйл задумчиво потер рукой подбородок. Но это только часть затруднений. А остальное?
– Остальное просто, - медленно начал Глиссон.
– Люди отказываются лететь на тринадцатом номере.
– Он взглянул на Дэйла. Тот молчал.
– А без него мы не можем ввести в дело десятый номер.
– И вы называете это неприятностями?
– Дэйл уставился на чашку кофе.
– Ведь все это пустяк по сравнению с тем, что под угрозой контракт.
– Поэтому я вас и вызвал!
– Мы берем руду у Компании Звездных рудников и доставляем им все необходимое. Если мы нарушим контракт, то потеряем его совсем и, кроме того, вынуждены будем заплатить огромную неустойку.
– Я знаю это.
– Вы знаете? Тогда какого же черта вы сидите здесь и лишь взываете о помощи!
Дэйл тяжело поднялся с кресла.
– Кто пилот на тринадцатом?
– Макдональд, но он...
– Где он живет?
– В поселке, дом 22, но...
Не слушая, Дэйл направился к выходу. У самой двери он остановился и обернулся к Глиссону:
– Если позвонит мой сын, скажите ему, что все в порядке. Понятно?
Глиссон кивнул.
Комфилд был порождением "бума", и это особенно чувствовалось в жилых кварталах. Ряды дешевых сборных домов, построенных различными компаниями, сгрудились вокруг центра поселка.