– Не спасительница, а всего лишь исцелительница, и потом, ты что думаешь, что поразишь всех своим васильковым платьицем? Эрна, милая, этот наряд хорош для какого-нибудь приёма в городской ратуше. А в зале торжественных приёмов герцогского замка ты будешь в нём смотреться как бедная родственница. Тебе лучше быть в том, во что ты сейчас одета. Пусть все видят, что ты человек настолько важный, что можешь себе позволить пренебречь условностями. Только замени своё аляповатое ожерелье на тонкую золотую цепочку, сотри с лица глупую улыбку светской тусовщицы, как вот сейчас у тебя, и прими надменно-деловой вид.

Эрна засмеялась и обняв подругу-начальницу прошептала ей на ухо:

– Из-за чего такое дурное настроение? Он тебе не понравился?

– Не спрашивай об этом, — также тихо ответила ей Вика, и уже громко: — И когда нам надо будет прибыть в замок?

– Герцогиня вновь пришлёт карету. Только эскорт будет ещё более пышным. А любопытных-то сколько. Ты в окно не смотрела?

Вике не надо было смотреть в окно, чтобы понять какая огромная толпа народа собралась в "Ночной птице" и возле неё — достаточно оказалось после слов подруги промониторить ситуацию заклинанием Дальновидение.

– Ты становишься популярной, Эрна.

– За твой счёт. Но, кстати, я тоже поучаствовала сегодня в исцелении. У служанки герцогини были проблемы с поясницей…

– И ты не удержалась, чтобы не похвастаться своими возможностями. Правильно сделала, — одобрила Вика, — Тебе надо свой авторитет у здешних владетелей зарабатывать. Всё же твоё комтурство будет в этих краях. Ладно. Флемм, — обратилась она к магистру науки, — Сегодня главная роль в переговорах будет у тебя. Ты свитки подготовь, чтобы не забыть их с собой взять. И вид надутого индюка прими, когда за столом будешь рассказывать о важности задач стоящих перед Орденом. А в остальном будь, как есть, ботаном, человеком насквозь мирным.

– Всё готово, — бывший декан показал на кожаную сумку, лежавшую возле стола, — Может мне стоит попросить у герцога в помощь отряд воинов? Или ты, как и раньше с Акульим Зубом, обратишься к наёмникам?

– Зачем? — Вика всё же подошла к окну и сквозь щели в ставнях посмотрела на толпу зевак, оживлённо переговаривающихся и спорящих, — Захватывать выбранный замок в этот наш приезд я не собираюсь. Кто его останется охранять, когда мы уедем? Нет, мы просто посмотрим — может он нам ещё и не подойдёт. А заберём его, когда у Эрны появится достаточное количество помощников, воинов и рабов, чтобы заселить замок. И потом, ты слышал, что у этого взбунтовавшегося барона целых восемь детей? И все девочки. Как-то не хочу я начинать основание магического комтурства с того, чтобы делать их сиротками. Эрна, ты хочешь?

– Нет, но я — как ты скажешь.

– Угу. За что и люблю тебя.

На выходе из номера магистров Вика нос к носу столкнулась с Тариком, притащившим из колодца ведро воды для умывания.

– Надо будет поговорить, — сказала она ему, — Зайди, как освободишься.

Прошедшей ночью Вика осталась и довольной, и нет. Подобная неопределённость с попаданкой иногда случалась. В таких случаях она, как правило, старалась выгнать из головы мучающие её мысли и жить дальше так, как будто бы ничего не случилось.

Но в этот раз так сделать не получится. Потому что совершённая ею глупость имела зримые последствия — Тарик в неё влюбился по уши. И это не было теперь возвышенным обожанием влюблённым юношей прекрасной мраморной статуи богини. Всё обстояло гораздо хуже, приземлённей.

Вика чувствовала себя настоящим поросёнком, и это ей категорически не нравилось. Попытка мысленно обвинить в её случившемся блуде самого раба — приятно улыбался, старался угодить, обожающе смотрел — с треском провалилась. Не получается у неё дурочку перед собой строить.

Никаких чувств, кроме приятельских, смешанных с жалостью, Вика к Тарику не испытывала. Он ей нравился, но не более того. И что на неё вчера нашло? Единый, как же ей стыдно.

Если бы попаданка совершенно точно не знала, что ментальной магии не существует — во всяком случае, в этом мире точно — она бы решила, что у Юнты есть дар. Настолько чутко рабыня научилась за столь короткий срок угадывать настроение своей хозяйки вне зависимости от того, какие эмоции отражались у той на лице или отсутствовали полностью.

– Я в гостиничную бытовку сбегаю? — пискнула Юнта, опасливо поглядывая на Вику, — Там должна уже моя очередь на утюг подойти.

– Иди. Заодно бежевое платье прогладь ещё раз. Я в него переоденусь.

Отправляться в замок в одежде наёмницы попаданке разумеется не следовало. Раз уж ей предстоит там выступать в роли помощницы магини-целительницы, то и выглядеть она должна компаньонкой.

Свои волосы привести в порядок после бани Вика смогла и без помощи Юнты. Пусть в этом мире ничего не слышали о бальзамах-ополаскивателях, зато и про химию совсем не ведали.