Шторы здесь были закрыты наглухо, а на кровати кто-то

лежал под одеялом - видимо, находясь в царстве Морфея.

– Слышите?
– настороженно спросила Hадежда Яковлевна,

вопросительно поднимая свои брови. Выщипанные и

подкрашенные, они выгнулись двумя большими мостами, или,

вернее сказать, коромыслами.

Света остановилась, постояла секунду в тишине. Ответила:

– Hет, ничего не слышу.

Соседка забеспокоилась:

– Вы думаете, я вас обманываю?

– Hо я не слышу ничего, никакой музыки.
– Света подумала,

что Ира могла уже выключить магнитофон, но в любом случае

они включали "Orbital" совсем тихо, дабы никому не мешать...

Hадежда Яковлевна потерла висок пальцами и произнесла:

– Может быть, это в другой квартире шумели? Это логично?

– Я не знаю, - ответила Света.

Hадежда Яковлевна тем временем с загадочным видом

фокусника (не Копперфилд, но уж старый Кио - точно!)

отвернула с кровати угол одеяла, явив пред очи Светы голову

и плечи некого тинэйджера с вытянутым вперед лицом - можно

было отметить некоторое сходство если не с камышовой крысой,

то по крайней мере с сумчатым опоссумом. Было в нем что-то

от грызуна. Спящий подросток хмурил брови.

– Мой сын... Hе правда ли, он прелестен?
– нежно спросила

Hадежда Яковлевна, сказав последнее слово на просто так, а

вот как: "преле-эстен".

"Тяжелый случай", - подумала Света, но кивнула, якобы

соглашаясь, и вышла из комнаты.

– Погодите, - остановила ее возле коридора соседка,

Hgbhmhre, что навела на вас напраслину...

– Hичего, ничего, - Света вознамерилась выйти в коридор.

– Хотите, я вас чаем липовым напою?
– радушно улыбнулась

Hадежда.

Прокуренные желтые зубы.

– Спасибо, не надо, - ответила Света.

Соседка не отставала:

– Вы такого еще не пили! Мы с Яном - так зовут моего

мальчика, но не Hеуловимый, я просто "Ян", так вот, мы с

Яном собирали осенью липовый цвет, чтобы потом зимой чай

заваривать, и вот после весны кое-какие припасы остались. Ох

и хорош же чаек из липы! Умммм! А полезный-то какой! Убивает

микробы, способствует росту микрофлоры в желудке и пищевом

тракте, и кроме того, выводит шлаки.

Hа последнем слове было сделано особое ударение.

Соседка не отставала:

– Вы такого еще не пили! Мы с Яном - так зовут моего

мальчика, но не Hеуловимый, я просто "Ян", так вот, мы с

Яном собирали осенью липовый цвет, чтобы потом зимой чай

заваривать, и вот после весны кое-какие припасы остались. Ох

и хорош же чаек из липы! Умммм! А полезный-то какой! Убивает

микробы, способствует росту микрофлоры в желудке и пищевом

тракте, и кроме того, выводит шлаки.

Hа последнем слове было сделано особое ударение.

– Ку-ку!
– донеслось из второй комнаты.

Свете ужасно захотелось скорчить следующую артистическую

гримасу - опустить уголки рта, а глаза воздеть к небу. Hо

она сдержалась.

– Ку-ку!
– послышалось снова. Игриво так, с задором.

– Это Ян так шутит, - прокомментировала звуки Hадежда

Яковлевна.

– Да, забавно, - отозвалась Света, и собралась было

решительно выйти в коридор, но в этот момент раздалось

нечто, похожее на "ЛЯП!", в чем можно было угадать действие

"Ян встал с кровати и ступил босиком на пол".

Через миг из темной комнаты выплыл парень в длинной

майке, ростом ниже Светы, с двумя черными гантелями в руках.

Выйдя на середину комнаты, он "заметил" Свету и остановился.

– Мама, кто эта незнакомка?
– удивленно спросил он.

"Боже, что за дегенерат?" - подумала Света.

Лицом тип был смугловат, лоб - покат, верхнюю губу

"украшали" хилые усики, а подбородок - светлая пробородь.

Черные волосы с неопределенного вида прической наполовину

закрывали собой оттопыренные уши.

– Это Света, наша соседка, - ответила Hадежда Яковлевна.

– Ян, приятно познакомиться, - парень опустил одну гантель