Шрифт:
Любовь ещё, быть может, в душе моей… Поём все! …Угасла не совсем!
Губами говорить
Потому что ничего нет лучше, когда вам шепчет в ухо что-то молодость.
Что-то шепчет, касаясь всеми своими губами.
Сопровождая какие-то слова тёплым дыханием.
Слегка щекотно и так приятно, что слушал бы…
Но слов не разобрать.
Сам процесс настолько…
И дыхание проникает настолько…
А там ещё смеются.
Это же, оказывается, анекдот…
– Ну, – говорят вам. – Смешно, правда?
– Да ещё как, – говорите вы, краснея. – А нельзя ещё раз концовку?
На вас смотрят удивлённо.
Но опять в ухо губами, и вы опять теряете сознание.
Будь в вашей власти, вы втянули бы в ухо всё это…
Вы силитесь понять…
А вам смеются внутрь тихонько и повторяют, чтоб вы поняли.
– Нет, не доходит, – говорите вы в надежде.
– Я третий раз не буду, даже для тупых. Сатирик, называется. Вы никого не смешите, кроме себя.
– Я… Да… Я не виноват… Я не расслышал.
– Глубже, чем в ухо, я не могу. Купите аппарат, сатирик, чтоб понимать хотя бы то, что говорят вам в ухо.
– Я понимаю по губам, – ответил я. – Но ваши губы следует прижать к моим и говорить. И я клянусь: я разберусь, я не тупой, я просто одинокий.
Одесса.
Окна были на улице, над землёй, сантиметров тридцать.
И все присаживались на уличный подоконник, выпивали.
Хозяева видели в своих окнах только задницы.
Ничего.
Мы привыкли.
Люди входят в ресторан и внимательно изучают ваши тарелки.
Не обращая внимания на вас.
– Здравствуй, Миша, – глядя в мою тарелку. – Как живёшь? – горящими глазами изучая отбивную.
Да я сам скажу, сколько это стоит, не мучайся.
Поговори со мной.
Наша демократия.
Наши руководители.
Поместили камбалу в аквариум, под который подложили шахматную доску.
Через некоторое время камбала стала клетчатой в чёрную и белую клетку при всей своей независимости.
Сегодня при таком количестве войн, ураганов, наводнений, бомбёжек, взрывов нельзя говорить: «Не повезло».
Надо говорить: «Тьфу-тьфу! Повезло мало. Тьфу-тьфу! Повезло меньше, чем вчера. Тьфу-тьфу! Совсем, совсем крошечно повезло».
Даже если ранило…
«Ещё чуть-чуть, и не повезло бы совсем».
Целую.
< image l:href="#"/>Доброта – дело наживное.
Жестокость – врождённое.
На мысль надо отвечать мыслью.
Парень-студент задал такой вопрос, что мы решили его вывести из состава студсовета, из профсоюза медработников и исключить из института.
Законопослушное свободомыслие.
У него одна особенность.
Чем ты внимательнее его слушаешь, тем он хуже говорит.
А когда ты полностью сосредотачиваешься на его словах – он замолкает.
Бросай его сразу, и он будет безвреден.
Нам говорят: «Сохраняйте достоинство».
Ждать можно с достоинством.
А как с достоинством догонять?
Чехов
Допустим, к большому чиновнику сегодня, допустим, явится А.П. Чехов и подарит, допустим, свою новую книгу с личной надписью…
После его ухода чиновник долго будет заглядывать под книгу, перевернёт, потрясёт, перелистает и скажет: «Вот тип… Где же содержание?»
Животные – это наше воображение, как и другие любимые.
Я хочу, чтобы меня любили безответно, страстно и немедленно.
Дальше я сам разберусь.
У нас сатирику помогают все.
Он не должен быть талантливым…