М.Л.Д. или Записки из 2039 года

2039 год. Уже отбушевала та странная война, мир почти не изменился, но наша страна обрела суверенитет. Теперь это Союз. Не Советский. Мы больше и лучше. Нам завидуют. Нас ненавидят. У нас странное меритократическое государство, семь форм собственности и люди, которые остались несовершенными...

ЧАСТЬ 1. СОВА НА ГЛОБУСЕ .

}

}Иду вперед силой веры своей в лучшее, а путь расчищаю сомнением.

М.Пришвин}

ГЛАВА 1. ПРЕЛЮДИЯ.

Лето 2039 г. Подмосковье.

Она лежала на спине. Слегка подведённые, широко раскрытые глаза что-то изучали на белёсом потолке. Разбросанные в разные стороны руки. Загорелые крепкие ноги, оголившиеся из-под чёрного «в горох» платья.

Из уголка бескровных скукожившихся губ стекала бледно-розовая пена.

***

Весна 2039 г. Южный Урал.

Огромная стрекоза с хрустом шлёпнулась на оранжевый тент палатки. Изнутри её тень напоминала какое-то фантастическое животное. Присмотревшись, я догадался, что это всего лишь брачующаяся парочка. Весна! Щепка на щепку лезет!

— Нравится мне твой коммуникатор, — сказала Даша, задумчиво теребя моё остывшее хозяйство.

— Всем нравится, — хмыкнул я, — не только симпатичным медичкам. Я и сам к нему за столько лет как-то привык. Сработались, можно сказать.

Наверное, стоило промолчать. По грани хожу. Но, во-первых, циникам живется проще. Во всяком случае, тем, кто на самом деле является таковым, а не пытается изображать. А во-вторых, Дашуля – уролог и видела всякое. На работе. Наверное.

— Бабник ты, Львович, — вздохнула она. – Сидит в тебе животное… какое-то.

— Кролик? – предположил я, ухмыляясь и прислушиваясь в свою очередь к организму. Рановато. М-да, уже не двадцать… И даже не тридцать.

— Ты точно не кролик, — Даша даже улыбнулась. — Ты скорее котик. Серьезный такой котяра. А может, все-таки переедешь ко мне? Я буду тебя кормить.

Началось! Вот зачем спрашивается?

Я выдержал волнительную паузу («считать до десяти, смотреть насмешливо прямо в глаза, но ни в коем случае не улыбаться») и гордо заявил:

— Мужчина – животное умное. Само себя прокормит.

Напрягшаяся было в ожидании ответа, Даша отвернулась в сторону. Я понял, что перебарщиваю. Надо исправляться.

— На хрена я тебе сдался, Дарья Васильевна? Я же не домашний!

— Ты весёлый. С тобой легко. Этого пока достаточно.

Я усмехнулся на многообещающее «пока». Даша сообразила, что сболтнула лишнего. Заёрзала, складывая сброшенную в суматохе одежду. Мне осталось только развести руками и состроить торжествующее выражение типа: «Вот! О чём я тебе и говорю! Какая тут может быть совместная жизнь!?»

«Пока», видите ли! А там, мол, посмотрим… Ага… Плавали, знаем.

Прокрастинация в наших суровых условиях не может растягиваться на полжизни! И натягиваться эластичной совой на личный глобус тоже… не может. Но «серьёзнеть», определяться и окольцовываться не хотелось. Один пожилой крендель с Дашкиной больницы объяснил это тем, что мой специфический образ жизни (отсыл, конечно же, шёл к работе) стоит как черепаха на трех слонах-гормонах.[1] Букет которых где-то там преобладает и спасает в экстремальных ситуациях. Но назидательно диктует организму хронические пофигизм и непостоянство. Соответственно смена рода деятельности поспособствует и стабильности в личной жизни. Самому, мол, захочется. Дом, семья, собаки-кошки. Думай, мол. Или сгоришь раньше времени. Даже если и уцелеешь.

Ага! Уже бегу. Виртуальная реальность кубов безопасности и удобное кресло с контрабандным кофейком. И всегда позитивная натянутая улыбочка. Шестичасовой рабочий день. Перерывы на обед, одни и те же коллеги – такие же улыбчивые идиоты в белых рубашечках, сладкие мечты о скором корпоративчике. Фу, бля! Изыди!

Какой-то из слонов ожил и видимо растормошил своих друзей: я вдруг почувствовал сразу несколько сильных запахов (цветочных духов, травы и деревьев), фоновые звуки усилились… Я с интересом посмотрел на Дашину коленку и придвинулся. Она делано вытаращила глаза и облизала губы. Между третьей и второй перерывчик небольшой…

Внезапно совсем рядом раздались деликатное покашливание и знакомый голос Саныча:

— Даколов, бля! Хрена ли ты коммуникатор отключаешь? Мне вот нешиш делать, кроме как пеленговать тебя… по всяким лесопаркам. Срочно шуруй к Савельеву! На семнадцатый объект. Они все сейчас там.

ГЛАВА 2. МАМА-РУССКАЯ, ОТЕЦ-ЦАРЬ ЗВЕРЕЙ.

«Все» — это сам Савельев, руководитель службы безопасности Уральского отделения промышленно-финансовой группы (ПФГ) «Осинцево», мой непосредственный и единственный начальник. Хотя некоторые штатские считают иначе. Также присутствовал его московский коллега Бритнер, которого я опознал не сразу, ибо вживую никогда не видел, и местный главчекист, а точнее полковник государственной безопасности Евграфов.

Такое сочетание должностей, да еще в одном месте, очно, не по телесвязи, способно привести в состояние замешательства… или паники. Естественно тех, кто способен задуматься.

Я же был предупрежден, а потому напряжение (да и любопытство, что уж там!) удалось скрыть за благожелательной улыбкой.

— Здорово, Макарка! – несколько натужно поприветствовал меня шеф, и я понял, какой линии в предстоящем разговоре следует придерживаться. — Всё по углам с девками щемишься?

— Отпуск! – пожал плечами я. – Имею право… И возможности.