Свободной рукой я ударил по своей руке, с бешенной силой вбивая локоть поглубже в тушу монстра.

«Граааах!» — Зверь закричал от боли.

Не дав ему опомниться, я ударил с ноги по морде тирана, отбрасывая его подальше.

Мы продолжили драться с монстром на протяжении часов.

Раны зудели, напоминая о том, что затягиваются. Нога разрывалась от боли, напоминая, что скоро и вовсе может отказать.

Но это ничего: драться и жить несмотря на боль было у меня в привычке и даже более серьёзные раны не сделали бы меня слабее. Мой взгляд и все чувства были также напряжены. Чем больше я дрался против этого тирана, тем больше понимал его. Наши силы с ним были равны. По взгляду тирана я мог понять, что монстр знает, что не сможет сожрать меня. Но также мы оба не могли позволить уйти друг другу.

С резкой скоростью, оставляя за собой лишь смазанный след, мы вновь сцепились.

Свист хвоста и когтей, рев боли и ярости, глухие удары о твердую чешую.

Я получил множество ран и кажется переломов, но и зверь был сильно помят: некоторые его гребни сломались, с пасти сочилась кровь, хвост больше не двигался.

Не знаю сколько часов прошло и сколько ещё продлилась бы схватка, но показался свет.

«Гра!» — Рыкнув зверь неожиданно отскочил в сторону и скрылся в лесу.

Тяжело дыша мои глаза не отрывались от места, где скрылся монстр, с которым сражался всю ночь.

Покачивавшейся походкой я направился в сторону дома.

Анна пряталась рядом всю ночь, не сводя с меня взгляда. Видя, что я едва могу ходить, она подбежала ко мне, закинув мою руку себе на плечо.

Не говоря ни слова, девушка поддерживала меня и вела вперёд. Слова были излишни, ведь сейчас в них не было смысла, и Анна это прекрасно понимала. Нет смысла что-то говорить, когда нужно делать.

Подведя меня к дому, она опустила меня на землю, и моя спина коснулась деревянной стены. Глаза упали на деревню внизу.

Пускай и было далеко, но я мог сказать, как на краю деревни недалеко от моего холма столпилось множество народу. Все вокруг метались как ужаленные, а некоторые громкие голоса доносились даже до меня. Наверняка для них это отличное шоу.

Хотите, чтобы я умер? У вас ещё достоинство не выросло для такого.

Прямо на улице я сосредоточился на энергии пустоты, что мелкими частицами попадали в моё тело. До самого полудня, мне не пришлось двигаться.

Когда в следующий раз, я взглянул на деревню, то все уже разошлись.

Рядом со мной на земле сидела Анна. На большом камне она растирала какую-то кору другим камнем в порошок, а затем она высыпала полученную смесь в миску. Заметив, что я очнулся, она ничего сказала, продолжив своё занятие.

Не знаю можно ли вообще это есть, но этот вопрос я решил оставить на Анну.

Поднявшись я направился в сторону ямы.

Старик всё-также сидел на краю.

Пройдя мимо него, направился в сторону северной горы возле ямы. Туда, где «открывается дверь».

Несмотря на то, что всю ночь я провел на ногах отбиваясь от монстра, получив при этом глубокие раны, это не сказалось сильно на моём здоровье.

Начав осознанно поглощать энергию пустоты, раны на мне стали заживать ещё быстрее и сейчас только нога напоминала о том, что случилось ночью.

Спустя четверть часа, я наконец оказался на вершине той горы.

Холодный воздух и снежная метель обдувала меня, но это не вызывало дискомфорта. Для меня это было как обычная прогулка. Даже больше — мне было хорошо в этом месте. Чувство спокойствия приносилось звуком воющего ветра.

Я не знал, где точно открылась дверь, ориентировавшись только на слова Олда, поэтому я решил обыскать всю гору.

Почти до самого захода солнца я искал хоть что-нибудь необычное, хоть какие-нибудь следы, но так ничего и не нашел. Даже тех феноменов здесь не было. Ничего не было кроме камней и снега.

Разочарованно я собирался оставить гору, когда внезапно кое-что заставило меня остановиться.

Это не было что-то необычное, но сами ощущения здесь были особенными.

Освободив разум, я сосредоточился.

Энергия пустоты стала вырваться из-за пределов пространства. Если раньше поток энергии был как редкая роса на траве, где каждую каплю было очень трудно собрать, то теперь энергия подобна слабому дождю.

Мне хотелось остаться здесь как можно дольше, но ночь уже приближалась.

Вернулся домой, когда солнце уже зашло. Анна сидела за столом, на котором стояли две миски с коричневой кашей. От еды ещё поднимался пар, но никакого запаха не было.

— Это еда? — Не мог не спросить я.